Денис Бояринцев: "Не хотел больше обманывать - ни себя, ни футбол"

Денис Бояринцев: "Не хотел больше обманывать - ни себя, ни футбол"

14 января 2008, понедельник. 02:132008-01-14T02:13:06+02:00

О причинах, побудивших его расстаться со "Спартаком", рассказал полузащитник "Шинника", проводящий в Израиле первый сбор в составе ярославцев

В списке "Оскаров", которые ежегодно присуждает американская киноакадемия, есть и приз за лучшее исполнение роли второго плана. Если бы подобная номинация существовала в футболе, в последние два сезона награда точно досталась бы Денису Бояринцеву. Победные голы, забитые "на флажке" после выхода на замену, сделали его любимцем красно-белой торсиды. Но самого полузащитника популярность такого рода не устраивает. Он хочет играть. Поэтому и встречает сезон-2008 в "Шиннике", где сейчас тренируется - весело, с желанием, с фирменной хитроватой улыбкой.

- Судя по всему, настроение у вас хорошее, - начинаю я разговор с новичком ярославцев.

- А с чего бы ему быть плохим? - удивляется Бояринцев.

- Ну все-таки ушли из "Спартака", который выступал в Лиге чемпионов, в клуб, чьи задачи и возможности намного скромнее. Сомнения не мучают?

- Нисколько. В какой-то момент я понял, что уперся в некую стену. И если ничего в своей жизни не изменю, то впереди - тупик.

- Понимали, что "Спартак" для вас - потолок в карьере: выше уже не подняться?

- Согласен. Это действительно вершина, к которой я шел много лет. Не побоюсь признаться: возможно, эту самую стену я выстроил для себя сам. Но в один прекрасный момент осознал: ее надо преодолеть.

- С помощью "Шинника"?

- А почему бы нет? По крайней мере здесь, в отличие от "Спартака", все зависит только от меня самого.

- Что дал вам "Спартак" помимо популярности, денег, уверенности в завтрашнем дне?

- Многое. В нем я вырос как игрок, и прежде всего в футбольном мышлении. Конечно, сегодняшний "Спартак" не тот, романцевский, которым я восхищался еще молодым парнем в "Носте". Но какие-то идеи того времени еще живы. И старательно поддерживались Федотовым, а сейчас и Черчесовым.

- Что вами воспринималось как чисто спартаковское?

- Многое. Та же Тарасовка. Или водитель автобуса Матвеич, возивший не одно поколение команды. В "Спартаке" меня научили бороться только за самые высокие места. И идеей победы проникнуты в нем все - от того же Матвеича до главного тренера. Там я стал максималистом во всем.

- Но, наверное, не только хорошее вспоминается из трех спартаковских лет?

- Из неприятного в памяти остались только травмы да ощущение досады из-за того, что раскрыться до конца так и не удалось.

- Все дело в травмах?

- Не совсем. Когда уходил из "Рубина", мне говорили, что у меня может не получиться, что я игрок не спартаковского плана. Но я рискнул, зная, что второго такого шанса судьба не даст. Теперь, оглянувшись назад, могу с уверенностью сказать, что на семьдесят процентов с задачей справился.

- Задача - это что: счет в банке, престижная квартира, дача, модное авто?

- Это Лига чемпионов, еврокубки, серебро чемпионата. Вы не представляете, какое это ощущение - стоять на поле, слушать гимн Лиги чемпионов и говорить себе: я это сделал, черт побери!

- А ощущение несправедливости по отношению к себе часто появлялось?

- Бывало, и, увы, не раз. Хорошо провожу концовку 2006-го, в Лиссабоне забиваю "Спортингу" в Лиге чемпионов, следующий сезон встречаю полным надежд. Но уже на сборах чувствую, что Федотов не очень на меня рассчитывает: на левый фланг ставит Торбинского. Уже при Черчесове выдаю подряд две хорошие игры - с "Томью" и "Крыльями". Ну, думаю, теперь-то уж точно пойдет - победный состав обычно не меняют. Не тут-то было - опять усаживаюсь на лавку...

- Что делали в такие моменты?

- Глушил обиду и продолжал вкалывать.

- Почему же у Старкова вы играли постоянно?

- Наверное, он видел меня в своем футболе. А в игровую концепцию Федотова с Черчесовым я не вписывался.

- Получается, вы подходите под игровую модель, в которой преобладают не комбинационность и импровизация, а строгая дисциплина и точное следование заданной схеме.

- Сам я так не считаю. Все претенденты на место крайнего полузащитника в "Спартаке" в принципе были одного плана. Вряд ли Быстров и Торбинский на моем фоне выделялись какими-то особыми комбинационными возможностями.

- О Торбинском я бы так не сказал.

- Пожалуй, соглашусь. Дима - спартаковский воспитанник, и ему комбинационный стиль ближе. Возможно, при выборе тренеров это и играло решающую роль.

- Как считаете, в истории с его нашумевшим уходом Дмитрий прав?

- Думаю, да. Ведь он уже не юный дублер, требующий особых привилегий, а игрок основного состава и кандидат в сборную.

- Вы бы решились на подобное?

- В его годы я играл с "Рубином" в первой лиге, получал тысячу долларов и был самым счастливым человеком на свете. Я только начинал делать себе имя. А у Торбинского оно уже есть. Странно, почему этого упрямо не хотели сознавать. Дима совершил поступок, хотя рвать с командой, которая тебя воспитала, больно и трудно. И здесь я его понимаю. Мне уход из "Спартака" тоже дался непросто.

- Еще сложнее он получился для Аленичева. Как отнеслись тогда к произошедшему?

- Мне очень непросто ответить на этот вопрос, поскольку у меня по сей день очень хорошие отношения и с Аленичевым, и со Старковым. Не имею права принять чью-то сторону - скажу лишь, что осадок история оставила очень неприятный.

- Как вы относитесь к тезису: в футбол должны играть голодные люди?

- Голодные до игры, но не до денег. Конечно, глупо считать криминалом стремление обеспечить себя и семью. Но и превращать свою профессию исключительно в инструмент наживы нельзя. Думаю, нынешнюю планку зарплат задрали начавшие приезжать в Россию легионеры.

- В некоторых командах их появление приводит к делению на "своих" и "чужих", как было, к примеру, пару лет назад в "Динамо". Вам с чем-то подобным сталкиваться приходилось?

- В какой-то мере в "Рубине". Ребят раздражало то, что в тренировках и играх легионерам было дозволено все, чем они и пользовались. А нам приходилось за них вкалывать. При этом их зарплаты были несопоставимы с нашими, да и вели себя иностранцы вызывающе. Нас, тех, кто выводил команду в премьер-лигу, это, конечно, обижало. Отсюда и напряжение в коллективе, конфликты. Кроме того, среди них порой и просто случайные люди попадались. Был такой Кастро, еще какие-то сенегальцы - цирк, да и только...

- А с кем было приятно играть и общаться?

- С Новотны, Рони, Скотти, Калисто. Порядочные ребята, хорошие игроки.

- Что-то вы Домингеса не упомянули.

- В тот момент он еще не вышел на нынешний уровень. Да и гонор все норовил показать. Это уже потом и заиграл, и пообтерся.

- В "Спартаке" легионеры себя скромнее вели?

- Можно сказать да. Но кое-кто мог себе некоторые вольности позволить. Скажем, как Жедер с Моцартом, опоздать из отпуска. Или, как Кавенаги, постоянно лишний вес набирать.

- А разве тренер не мог его одернуть, наказать?

- Думаю, обязан был. Но Кавенаги купили за огромные деньги. Возможно, из-за этого он и ощущал себя на особом положении.

- Один ваш бывший одноклубник после ухода Федотова упрекнул его в чрезмерной мягкости. Что же, в профессиональном клубе тренер должен ходить с кнутом?

- По себе так не скажу. А кто-то, наверное, без этого действительно не может. Думаю, такое поведение легионеров вряд ли возможно в Англии или Италии. А в России некоторые из них чувствуют, что здесь все проходит, и ведут себя соответственно. Но, конечно, не все. К примеру, Ковалевски - профессионал с большой буквы.

- Жалеете, что ему пришлось уйти из "Спартака"?

- Очень. Это был настоящий лидер, душа команды.

- Многие считают, что Плетикоса выше классом.

- Лично я с этим не согласен.

- Может, в "Спартаке" кого-то не устраивал непростой характер Ковалевски?

- Не исключаю. Войцех действительно сложный человек. Но я с ним был очень дружен.

- А с кем еще?

- С Зуевым, Дедурой, Калиниченко.

- "Рубин" часто вспоминаете?

- Еще бы! Ведь именно он приоткрыл мне дверь в большой футбол, принес первые серьезные победы - выход в премьер-лигу, третье место в чемпионате.

- Кое-кто поговаривал, что та бронза была "с душком".

- Сплетен в футболе всегда хватало. Ну скажите, в каком договорном матче за восемь минут до конца дают противнику выйти вперед?

- Бронза - целиком заслуга Бердыева?

- Команду-то Курбан Бекиевич делал. И игроков он собрал действительно хороших.

- Согласны с теми, кто считает его сложным тренером?

- А где вы простых тренеров встречали? Бердыев - человек волевой, с характером. Может, закрытый немного. Но я ему многим обязан. Ведь это он заставил меня "стандарты" отрабатывать. Ох, как это потом пригодилось!

- А Старков что дал?

- Возможность играть. И, что бы ни говорили, в 2005-м он "Спартак" прямиком из кризиса на второе место и в Лигу чемпионов вывел.

- Как вы отнеслись к его уходу?

- В тот момент я еще не понимал, что после этого и начнутся все мои сложности.

- Не пытались с Федотовым их обсудить или считаете такие разговоры пустым делом?

- В принципе они нужны. Но только если тренер сам этого захочет.

- Приход Черчесова возродил в вас надежду вернуться в основной состав?

- Естественно. Я ждал своего шанса и верил. Но когда из-за травмы выбыл Быстров и на его место начали ставить кого-то из форвардов - Баженова или Веллитона, - я понял: ничего хорошего меня не ждет. Тогда-то впервые и подумал об уходе.

- А если бы Черчесов в последнем разговоре предложил остаться и прибавил жалованье, поменяли бы решение?

- Примерно так и было. Но оставаться удачливым запасным с хорошей зарплатой больше не желал. Это означало бы продолжать обманывать и себя, и футбол.

- Кроме "Шинника" были предложения?

- Два-три клуба интересовались, но не московские.

- Как первая неделя на новом месте?

- Мне интересно. И прежде всего то, сумею ли себе и всем доказать, что был прав, уйдя из такой большой команды, как "Спартак". Сегодняшний "Шинник" хочет добывать очки хорошей игрой. И Сергей Юран настраивает нас именно на это.

Источник: Спорт-Экспресс


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев