×
Спасибо, я уже с вами
Иван Яремчук: "Я проиграл в казино миллион долларов!"

Иван Яремчук: "Я проиграл в казино миллион долларов!"

3 февраля 2007, суббота. 13:592007-02-03T13:59:06+02:00

Он полон решимости изменить свою судьбу и посвятить себя тому единственному делу, к которому призван, - футболу

В июне 99-го года я взял интервью у Ивана Яремчука — игрока киевского "Динамо", обладателя Кубка кубков 86-года, участника чемпионатов мира 86-го года и 90-го, "железного малыша". Помню, когда мы начали общаться, он был слегка взвинчен, раздражен, к разговору особо не расположен, но затем отмяк, приоткрыл душу. И в конце концов откровенно рассказал о своей "гибельной страсти к казино", где на тот момент проиграл полмиллиона долларов. Говорил, что хочет остепениться. Он жил тогда в центре Киева в своей квартире, у него был "джип".

Прошло семь лет, мы снова встретились. Сейчас Ивану 44 года. За это время, как оказалось, он просадил в казино еще полмиллиона долларов, лишился квартиры, машины, увяз в долгах. Но это уже другой Иван Яремчук - более спокойный, уравновешенный, умудренный. Он полон решимости изменить свою судьбу и посвятить себя тому единственному делу, к которому призван, - футболу.

— Иван, после семилетней давности интервью в "Бульваре", где ты рассказал, что остался без работы, проигрался, тебе были предложения?

— Неоднократно. Игорь Михайлович Суркис предлагал мне работу в селекции киевского "Динамо". Я говорил: "Да, да". И все как-то откладывал. То стеснялся подойти, то боялся попасть под горячую руку после какого-нибудь проигрыша "Динамо". То находился на своей волне...

— Ты имеешь в виду казино?

— В общем-то, да. Вот Андрей Баль приехал из Израиля, Игорь Михайлович Суркис поручил ему селекционную работу. Потом Баль возглавил полтавскую "Ворсклу", а сегодня он — один из тренеров сборной Украины. Если человек хочет чем-то заниматься, ему всегда найдут применение.

— А ты настойчивости не проявлял...

— Я этот момент упустил. И конечно, жизнь в казино... Она подпортила мою репутацию. Доверие ко мне упало, и все осложнилось. Хотя считаю, что спокойно могу работать и приносить пользу в футболе. И в селекции, и вторым тренером. Все через это проходят. Ребята, с которыми я играл, сегодня у руля, устроены. Один я вот такой...

— Когда тебе было 38, ты горел желанием играть за полтавскую "Ворсклу". Что помешало?

— По своим физическим кондициям на то время я мог спокойно выступать еще года два-три. Как Иван Шарий, с которым мы вместе играли. Он выходил на поле до 42-х лет. Но я получил микротравму, приехал в Киев лечиться. Контракт с "Ворсклой" заканчивался, да и киевская жизнь засосала.

Люблю движение. Не могу сидеть на одном месте. Бегать, бегать! По натуре я тусовочный человек. Но сейчас тусовки мне осточертели, возраст уже не тот. Хочется конкретно работать. И если надо будет перестроиться для какого-то дела, нет вопросов. Главное, что я понял: мое призвание — футбол, надо быть в этой сфере.

— Как получилось, что ты лишился квартиры? Это уму непостижимо. Проиграл ее в казино?

— Не совсем так. Я решил заняться бизнесом, открыл фирму. Покупал дерево, перерабатывал его в доски и готовую продукцию отправлял во Францию.

— Откуда взял деньги?

— Брал кредиты в банке: сначала — 10 тысяч долларов, потом еще 10 тысяч и еще столько же. Пошла накрутка. Ежемесячно надо было платить проценты, а мне не с чего. Хотя, когда отправил первую машину, вроде бы все складывалось удачно. Но потом меня, грубо говоря, кинули.

— Как?

— А зачем это?

— Чтобы другие не попадались.

— Другие без меня все равно попадутся. Кинули просто: стали придираться к качеству продукции, говорить, что она бракованная, не то прислали. В этом деле свои нюансы: дерево, к примеру, должно быть без сучков. И еще всякие требования.

— Короче, и тут от тебя требовался профессионализм, чтобы этим заниматься...

— Конечно, конечно. Видно, бизнес, это не мое. Он у меня не пошел. Кредиты я брал под квартиру. Когда набежала сумма на 43 тысячи долларов, я испугался, что квартиру могут взять за бесценок, как это обычно бывает в банке. И полтора года назад продал ее за 165 тысяч (на то время была такая цена). Сейчас она стоила бы не меньше 400 тысяч.

Я получил ее в 86-м, когда "Динамо" выиграло Кубок кубков. Ордеры в дом на улице Горького дали тогда мне, Василию Рацу и Вадиму Каратаеву. Сначала у меня была двухкомнатная, затем я выкупил квартиру у Каратаева, поломал стены и сделал шикарный общий ремонт. Он обошелся мне в копеечку.

Жалко было расставаться с квартирой, в которой прожил 18 лет, но другого выхода не было. И теперь все гудят: как это, остался без квартиры? Кстати, в этом доме живет мой брат: ему Рац, уезжая в Венгрию, продал свою...

— Ты у него живешь?

— Нет, до Нового года снимал однокомнатную квартиру за 500 долларов в месяц. Делил ее пополам с товарищем из Херсона. Я платил 350, а он — 250, поскольку редко приезжал. Цена для меня была приемлемая. Но сейчас она подскочила до тысячи долларов, и мне придется искать другое жилье, подешевле.

— Если от 165 тысяч долларов отнять 45 тысяч, которые ты заплатил банку, останется 120 тысяч. Сумма внушительная. Куда она подевалась?

— Почти все ушло в казино. Не сразу как бы, а по чуть-чуть, по чуть-чуть. И я остался ни с чем.

— Фатально не везло?

— Я по жизни игрок. У меня жилка такая. Воспринимаю все очень эмоционально и серьезно. Могу разнервничаться, вспылить, накричать, напихать. Когда проигрываешь крупные суммы, недовольство выплескиваешь на дилеров, на окружающих, но через 5-10 минут отходишь и все забываешь.

— До драки не доходило?

— В казино у меня этого не было. Когда играл в "Динамо", была стычка с Пашей Яковенко.

— Из-за чего?

— Не помню. Вышли мы на базе за сарай и немножко помахались. Но тут же быстренько помирились. Всякое ж бывает. У нас была дружная, сплоченная команда: один — за всех и все — за одного! Никакой ругани. Нас объединяла общая идея. Столько всего повыигрывали! Такой команды больше не будет, многие болельщики подходят и так говорят.

А в казино случается словесный понос, мат-перемат. Я ж вспыльчивый, не люблю проигрывать. Но на рожон не лезу, пытаюсь конфликты улаживать мирным путем, подходить к этому здраво. Когда пьяный попадается, стараюсь обходить. В свое время Сергею Юрану в ресторане и по голове давали, и морду разбивали. Когда он, выпив, к кому-то цеплялся. А Володе Горилому в ресторане "Русь" ни за что ни про что шилом проткнули живот. А шило — это опасно, чуть-чуть в сторону, и может задеть серьезную артерию...

Почему проигрывал в казино? Что такое профессиональный игрок? Это тот, у кого положительный результат. Кто в основном в плюсе, а не в минусе. Есть люди, для которых это работа, они живут этим. Изучают соперников, их сильные и слабые стороны.

У меня есть знакомые по покерному клубу — два брата-близнеца, грузины, бывшие спортсмены. Один играет, другой рядом его поддерживает. Они настолько профессионалы, что удивляешься. Молодцы, у них надо учиться. Да, бывают и у них срывы. Проиграют, скажем, за месяц 10 тысяч долларов, зато в последующие три месяца возьмут 60 тысяч. И 50 тысяч — в плюсе. Они после того, как ушли из спорта, заработали на покерном клубе минимум полмиллиона долларов.

— Значит, ты не достиг такого профессионального уровня?

— Не достиг, потому что не умею контролировать свои эмоции. Были месяцы, когда и я был в плюсе за месяц — 20 тысяч долларов, 40 тысяч. А потом фортуна от меня отворачивалась. И я недоумевал: "Как это так? Почему?". Тем более когда первый раз пришел в казино (это было в 91-м, в Берлине), с ходу выиграл две тысячи марок. Думал: "Классно! Две тыщи! Какая легкая нажива! Где еще такие сумасшедшие деньги заработаешь?".

Я часто выигрывал, но не умел остановиться. А в казино надо хладнокровно рассуждать, все взвешивать и вовремя сниматься. Меня этому и братья-близнецы учили: "Выиграл чуть-чуть — и ушел. Имей силу воли". А я заводной — давай еще и еще. Лишился какой-то суммы, становится обидно, жалко. Полез в кошелек, еще достал, опять деньги уплыли. Едешь домой, где лежит, допустим, 10 тысяч. Берешь одну, возвращаешься в казино. Просаживаешь ее, снова несешься домой за другой тысячей.

— Что, так и мотался туда-сюда?

— Конечно, по 10 раз было. Пока не просадишь всю сумму.

— Машину тоже в казино спустил?

— Я точно сейчас не могу припомнить. Ее можно лишиться за один вечер.

— Какие суммы оставлял в казино за один заход?

— От 5 до 20 тысяч. Уходишь оттуда пустой, проклинаешь и казино, и себя. Жутко неприятно. Потом всю ночь казино, карты снятся, спишь неспокойно. Утром смотришь: появились седые волосы.

— Сколько литературы об этом написано: Диккенс, Гоголь, Достоевский, Цвейг...

— Потому что людьми движет азарт. Разве я один такой? Вы что думаете, мало людей идут в казино? Те же футболисты. Андрей Шевченко может позволить себе зайти туда. Других называть поименно не буду, их много. Тут надо учитывать свои возможности: сколько ты можешь проиграть и сколько нельзя.

Писали: известный российский теннисист Андрей Кафельников выиграл в покер какой-то турнир и получил 300 тысяч долларов. А сколько людей имели заводы, фирмы, огромное состояние, а из-за страсти к игре все это потеряли, стали банкротами. Есть статистика. Сколько сильных мира сего приезжают в Лас-Вегас развлечься. Их туда приглашают, предоставляют им все услуги: от "а" до "я". За три дня они проигрывают 5-10 миллионов. Это как наркотик — выброс адреналина, острые ощущения.

— Чем выше ставки, тем больше кайф?.. Какие у тебя отношения с владельцами казино?

— Некоторые меня не пускают.

— Почему?

— Не потому что плохо себя веду. Просто есть казино, где меня как бы не считают за человека. В "Габриэле" (гостиница "Днепр") был такой инцидент. Стою с одним типом возле стола, меня менеджер просит отойти, а его — нет. Говорит: идите, мол, в коридор или в кафе. Посылает то есть. С какой стати? Почему он так обращается только со мной? Все-таки я известная личность, чего-то достиг в жизни своим трудом и потом. Он бы поступил так, если бы вместо меня был известный политик или крупный бизнесмен? Стоял бы перед ними на полусогнутых. Меня это заело, взбесило. Я вскипел! Выдал ему, что он мудак. И услышал в ответ: "Все! Вход сюда запрещен!".

— Не корил себя потом, что не сдержался?

— Как это? У меня же самолюбие. Кто он такой, чтобы диктовать мне свои условия? Никто и ничто! Тем более я в свое время оставил здесь много денег.

— Как избавиться от игромании?

— А никак не избавишься. До тех пор пока жизнь не возьмет за горло, как меня, например. Есть бабки, знахари, которые кодируют, к ним можно обратиться. Я знаю таких, кто так излечился и больше не играет.

— А ты что будешь делать?

— Мне посоветовали: под Киевом есть поп, который может помочь. Надо будет ему позвонить.

— Веришь, что он исцелит святым словом?

— Верю. Моя сестра была алкоголичка. У меня детство было такое: я все время видел, как она пила. И муж ее был алкоголиком. А потом она обратилась к церкви и вот уже много лет как не принимает спиртное. Развелась с мужем, вырастила дочку. Сейчас у нее все благополучно.

— А ты не снимаешь напряжение с помощью алкоголя после проигрышей?

— Я вообще не пью. У меня был момент в детстве. В селе у нас проходила свадьба. А нам, малышне, интересно было на нее посмотреть, вертелись близко. Старшеклассники решили надо мной пошутить, предложили: "Выпей водочки". И дали 100 граммов. Я по своей глупости это выпил. Естественно, хмель ударил в голову. Мне стало плохо, я начал рвать. Домой меня или довели, или донесли, уже не помню.

С тех пор я запах алкоголя не переношу за версту. Когда играл в "Динамо", любил ходить по ресторанам, тусоваться. А там знакомых много, среди них и криминальные авторитеты. Со всеми отношения нормальные. И все угощали: "Выпей с нами! Ты нас уважаешь?". Я отказывался, не пил, и все. Очень редко мог пригубить фужер шампанского, чтобы сделать людям приятное. Валерий Васильевич Лобановский прощал мне то, что я ходил по ресторанам, как бы закрывал на это глаза, особо не ругался, потому что знал: я не пью. У нас же некоторые ребята пили прилично, не буду называть фамилии.

— Ты сейчас в долгах?

— Есть немножко — 20 тысяч долларов.

— За какое время набежало столько?

— За полтора-два года.

— Нет искушения попытать счастья и все это отыграть?

— Рисковать больше нельзя. К тому же, чтобы играть в покер между собой, надо иметь очень крупные суммы. Должен быть запас. У меня он был, когда я продал квартиру. А сейчас в карманах пусто.

— Представим, есть у тебя запас, ты снова идешь в казино и выигрываешь, к примеру, 10 тысяч. Сможешь встать и уйти?

— Не знаю... Скорее всего, нет. И в этом моя беда.

— Ты ведь еще и бильярдом увлекаешься? Тут есть успехи?

— Это для меня лучше, конечно. Намного дешевле обходится. Я когда-то, в 98-м, был призером чемпионата Украины. Неплохо играл. Правда, тогда не было столько хороших игроков, как сейчас. Сегодня бильярд — это словно вид спорта. Есть бильярдные клубы, секции, куда набирают детей с 10-14 лет. Им ставят под ноги подставки, чтобы они доставали до бильярдного стола.

Очень много талантливых ребят. Одно время в Украине был сильнейшим Славик Винокур, сейчас очень вырос Саша Паламарь, чемпион мира и Европы. Они тренируются по пять-шесть часов в день, и есть результат.

— Сколько времени этому отдаешь ты?

— Я никогда не был фанатом, относился к бильярду чисто коммерчески, играл "под интерес", на деньги. Разыгрывали партию в 50-100 долларов. Иногда доходило до тысячи. Были и выигрыши, и проигрыши. Но долгов здесь нет. В турнирах по Украине почти не участвовал. Допустим, проводилось первенство в Житомире, я думал: ну чего я туда поеду? А вот в Одессу, помню, на командные соревнования отправился. Потому что было лето, можно было поплавать в море, позагорать.

— В футбол играешь?

— После Полтавы меня взяли в команду ветеранов "Интер-КрАЗ". Там президент Сергей Веселов, хороший человек, фанат футбола. Я пять лет еще побегал на поле — выигрывал с ней и чемпионат, и Кубок Украины. Но годы берут свое, травмы постоянно преследуют... Помните, после того как аргентинец Вальдано из мадридского "Реала" сломал мне ногу, я не поехал на чемпионат Европы, где сборная СССР завоевала серебряные медали? Обидно было, что и говорить. А играя за ветеранов, я порвал крестообразную связку. Мне профессор Линько сделал операцию.

— Вторая твоя страсть, о которой ты тоже говорил, — девочки. Если бы у тебя были жена, дети, это сдерживало бы?

— Может быть, и спасло бы. Потому что появилась бы ответственность за семью. Хотя, когда играл в Полтаве, у меня была женщина, я у нее полтора года жил. Она была разведенной, имела ребенка. У нас с ней наладились хорошие дружеские отношения, была взаимная симпатия. Но так получилось, что я оттуда уехал, а она в Киев перебраться не могла. Приезжала ко мне в гости. В Киеве познакомился с девушкой. Алена ее звали, хорошенькая такая, харьковчанка. Полтора года жила у меня. Все у нас было нормально.

— Ты не опасался, что она могла забеременеть?

— Наоборот, я хотел от нее ребенка.

— Вы не предохранялись?

— Конечно, нет. Но с детьми у нас не получилось. Я все время пропадал в казино, уделял ей мало внимания. Проигрывал, нервничал. Она терпела, терпела, а потом не выдержала, и мы расстались. Иногда видимся.

— Сейчас у тебя есть постоянная женщина?

— У меня полная неразбериха с личной жизнью в сложившейся ситуации. Ни кола ни двора. Чтобы были серьезные отношения с кем-нибудь, надо иметь материальную подпитку, то есть работу. За женщиной надо ухаживать, дарить ей цветы, делать приятное — она требует к себе внимания. А это дополнительные расходы, второе, третье... десятое. Когда я был в большом футболе, денег на это никогда не жалел.

— Ты легко знакомишься? Я заметил: прошла мимо красивая девушка, ты метнул на нее взгляд...

— Знакомлюсь легко, но надо уже учитывать возраст: в марте стукнет 45. Мне нужна женщина, которой было бы 30, 35. А знакомиться с молоденькими? Они мне в дочки годятся.

Знаете, у меня ведь есть дочь, ей 20 лет. Она чемпионка Украины по синхронному плаванию. О ней писали, ее показывали по телевидению в утренней программе "Дивись". Я дал ей свою фамилию.

— Кто ее мама?

— Я с ней познакомился в 86-м. Был молодой, 24 года. Было пару контактов, она забеременела, родила. Когда играл в "Динамо", я привозил им одежду, всякие подарки. Потом контакт потерялся.

— Претензии к тебе были?

— Нет. Я же помогал.

— Дочка замужем?

— Была, но развелась. Первая влюбленность быстро прошла.

— На свадьбе гулял?

— Не пришлось.

— Испытал настоящую любовь к женщине?

— Как-то еще не влюблялся так, чтобы было горение, желание, чтобы душа тянулась. Есть люди, которые и в 60 лет встречают свою любовь, женятся, а есть такие, что не хотят жить серьезно под одной крышей с кем бы то ни было. Считаю, что мое время для настоящей любви еще не настало.

— Как собираешься отдавать долги? 20 тысяч долларов — это не шутка...

— Даже при заработках, допустим, в две тысячи, мне придется выплачивать эту сумму в течение 10 лет. Тысячу отдаю, на тысячу живу: квартира, прочие траты. Это очень сложно. 10 лет! А где я найду такую зарплату?

— Но надо же как-то выруливать из этой ситуации...

— Я и пытаюсь. Вот познакомился с ребятами, которые занимаются недвижимостью. Разговорились, они мне предложили: "Давай будем вместе". В Макаровском районе Киевской области есть участок в 100 гектаров, который продается. Надо найти инвесторов, чтобы его купили. Там все что угодно можно построить — коттеджи, жилые дома. Если купят, получим процент. Я как бы посредник. Но только начал.

— Опять — твое ли это дело? А футбол?

— Не знаю, как посмотрит на меня Игорь Михайлович после всего, что со мной произошло. С моей-то нынешней репутацией... Даст ли мне шанс? Но надо браться за ум, верить в лучшее, надеяться. И конечно, нельзя давать себе поблажки ни в чем. Я недавно после игры с ребятами в футбол на стадионе СКА (собираемся там по вторникам и четвергам) взвесился: поправился аж на 11 килограммов. Ну куда это годится?..

← Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке

Источник: Газета "Бульвар Гордона", Террикон


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев