×
Спасибо, я уже с вами
Виктор Хлус: "Лобановский меня быстро раскусил"

Виктор Хлус: "Лобановский меня быстро раскусил"

14 февраля 2008, четверг. 11:562008-02-14T11:56:27+02:00

Экс-форвард "Динамо" отметил 50-летний юбилей

Виктор Хлус - представитель славной плеяды игроков киевского "Динамо" 80-х годов прошлого столетия. Чемпион СССР, обладатель Кубка страны, игрок сборной Советского Союза. Успел поиграть за одесский "Черноморец", "Гурию" из Ланчхути и даже несколько шведских клубов. Хлусу - 50! В это трудно поверить. Как и прежде он забивает красивые мячи, только теперь в матчах команд ветеранов. И по-прежнему строен и подтянут.

"Лобановский следил, чтобы жен и подруг на сборах и близко не было"

- Виктор Иванович, у вас просто один юбилей за другим. Недавно исполнилось 25 лет со дня вашей свадьбы. Как отпраздновали?

- Прекрасно! В семейном кругу. Сын, Олежка, организовал нам незабываемую поездку в Таиланд. Отдых получился шикарным. Отличный отель, замечательное обслуживание. За все время мне ни разу не пришлось даже сумку нести. Очень красивая страна. Раньше мы несколько раз бывали в Объединенных Арабских Эмиратах. Казалось, шикарнее отдыха уже и не придумать. Но Таиланд понравился еще больше.

- Как же вам удалось покорить сердце олимпийской чемпионки Стеллы Захаровой?

- В советские годы были очень популярны встречи известных спортсменов с рабочими коллективами, студентами, школьниками. На одно из таких мероприятий в сельскохозяйственную академию пригласили нескольких игроков "Динамо", а также представителей других видов спорта. Там мы и познакомились со Стеллой. Подсобил мне Евтушенко - быстренько напросился в гости. С шампанским поехали на другой конец города - на Воскресенку, где моя будущая жена жила вместе с мамой. После этого мы виделись редко, чаще всего случайно - то в Москве пересечемся, то в Минске, то в Одессе. Но в какой-то момент я понял, что хочу видеть Стеллу значительно чаще. Я попросил, чтобы она приезжала ко мне на игры, на сборы. Оплачивал ей дорогу, гостиницу или квартиру. Причем встречались мы так, чтобы руководство "Динамо" не знало. В то время Лобановский следил, чтобы жен и подруг на сборах и близко не было. Валерий Васильевич и сам нас контролировал, и людей для этого у него хватало. Однажды в Гагре нас со Стеллой застукал Михаил Коман. К счастью, Михаил Михайлович меня понял и ничего Лобановскому не рассказал.

- Это правда, что руки вашей будущей супруги вам пришлось просить у ее... тренера?

- Когда я предложил Стелле выйти за меня замуж, она сказала, что мне нужно поговорить с ее тренером. Пришлось идти. Думал, ее наставник будет читать мне морали. Но ничего подобного. Встретились, выпили, потом еще... Поговорили по-мужски. Для Владимира Куксы Стелла была как дочь родная. Словом, тренер дал добро, взяв с меня обещание беречь его любимицу как зеницу ока.

Назначили с ней день, когда пойдем подавать заявление в загс. Но ей хотелось, чтобы это случилось поскорее. И вот как-то утром на базе, где мы готовились к очередному матчу, раздается звонок: "Квартиру Хлуса залило водой. Пусть срочно приезжает". Ловлю такси и лечу из Кончи-Заспы в Киев. На пороге меня встречают Стелла и наш друг Роман. "Витя, не беспокойся, - говорит Рома. - С квартирой все в порядке. Просто Стеллочка очень хочет, чтобы вы сейчас поехали в загс". Так, прямо в спортивном костюме, и подавал заявление. Вернулся на базу. Все спрашивают о квартире. "Нет больше квартиры, - отвечаю. - Всю водой смыло".

- Где отпраздновали свадьбу?

- Как и большинство киевских динамовцев - в ресторане гостиницы "Лыбидь". Перед нами там справлял свадьбу мой партнер по команде Сергей Журавлев. Я снял для гостей десять комнат. И когда в 23.00 надо было освобождать ресторан, мы сгребли все со столов, и празднование продолжилось в номерах. Из всех приглашенных на нашу свадьбу не приехал, насколько я помню, лишь Лобановский. Он очень редко посещал подобные мероприятия.

"В гостях ребятам из моей компании в чистые чашечки наливали компот, а мне протягивали грязную кружку с водой"

- Вы преуспевающий человек, известная личность. А в детстве, признайтесь, о чем мечтали?

- Уж точно не о богатстве. Детство у меня было несладким. Рос без отца. Меня воспитывала мать, Валентина Пантелеевна, которая не говорила, не слышала, не умела ни читать, ни писать. Мама была инвалидом с детства. Как-то ее отец, выпив лишнего, стал подбрасывать малышку под потолок и... не поймал. Мать не виновата, что не могла полноценно заботиться обо мне. Однажды мама оставила меня на снегу - забыла домой забрать. Хорошо еще, что проходившие мимо соседи увидели орущий сверток. Да сколько всего было!.. Дни тянулись бесконечно долго. Мы с мамой садились у окна и часами смотрели вдаль. Хорошо, если подвода проедет или мотоцикл - хоть какое-то разнообразие...

Когда подрос, у меня появилось чувство, что я совершенно никому не нужен. Никогда не забуду, как ребятам из моей компании в гостях в чистые чашечки наливали компот, а мне протягивали грязную кружку с водой. Это я сейчас понимаю, что родители моих сверстников просто-напросто боялись, чтобы их чада не подхватили вдруг от меня какую-то заразу. Я ведь и одевался во что попало. Всегда был грязным, одежда тоже. Ноги не удавалось отмыть ни мылом, ни даже стиральным порошком. Питался кое-как. Спасало то, что у нас была корова. Обычно молоко было и на завтрак, и на обед, и на ужин. Иногда с куском хлеба, иногда - с булочкой-саечкой.

Учителя в школе делали вид, что меня просто нет. Они никогда не вызывали меня, ни о чем не спрашивали, ничего не объясняли. Я был довольно способным ребенком, но из-за такого отношения к себе закончил восемь классов с одними тройками.

- И куда пошли с такими оценками?

- Меня забрала жить к себе в Черновцы тетя Мария, родная сестра мамы. Ее муж помог мне поступить в техникум железнодорожного транспорта. Не поверите, но это учебное заведение я закончил с красным дипломом.

- А футболом когда стали заниматься?

- Можно сказать, что футболистом я стал случайно. В моем Новгород-Северском футбольной секции не было. Какое-то время занимался легкой атлетикой. Даже выиграл областные соревнования в беге на 1500 метров. Уже после школы, в Черновцах, наматывал круги по стадиону. А там футболисты тренировались. Я тогда чуть шею не свернул - так засмотрелся. Мой интерес заметил тренер команды и предложил попробовать свои силы. Так я попал в юношескую команду "Буковины".

Потом мне пришлось уехать, так как после окончания техникума надо было поработать по специальности. По распределению попал в Фастов. Помню, спрашивает у меня начальник железнодорожного депо: "Где ты хочешь работать?" "Нигде, - отвечаю. - Хочу в футбол играть". В общем, оформили меня в один из цехов слесарем третьего разряда. Ну и направили в местную футбольную команду "Рефрижератор". Где-то недельку я еще потаскал рельсы, шпалы. А потом в первом же матче за свою новую команду забил четыре мяча. После этого мне присвоили категорию слесаря шестого разряда и сказали, чтобы на работе я больше не появлялся.

Тренировки у нас были всего несколько раз в неделю, поэтому я решил, что надо еще чем-то заниматься. Поступил на стационар киевского Института пищевой промышленности. О чем еще можно было мечтать? Комната в столичном общежитии, свой угол в Фастове, хорошая зарплата в депо, стипендия. Деньги маме привозил. И тут - как гром среди ясного неба - поступило приглашение из "Буковины". Я слишком любил футбол, чтобы отказаться заняться им на профессиональном уровне.

- Но в "Буковине" вы недолго играли...

- Поначалу я как-то вообще ничего понять не мог. Играю вроде неплохо, но на следующий матч либо вообще не выпускают, либо всего на 15 минут. Это потом уже мой тренер Иван Терлецкий рассказал, что не хотел, чтобы меня селекционеры киевского "Динамо" заметили.

- Такой талант разве утаишь?

- Когда меня пригласили в "Динамо", я испытал двойственные чувства. С одной стороны, эта команда - предел мечтаний любого украинского мальчишки, занимающегося футболом. Но с другой... Тогда я подумал: "Ну зачем мне это надо? Какой из меня, сельского парня, игрок киевского "Динамо"?

Тем более что руководители "Буковины" расставаться со мной не хотели. Мне пообещали квартиру в Черновцах, хорошую зарплату. А так как отказаться от просмотра в "Динамо" было нельзя - в то время киевляне имели полное право взять любого игрока из любой украинской команды, меня надоумили, чтобы во время тренировок я просто-напросто валял дурака. К счастью, я был плохим актером, и меня быстро раскусили. После разговора с Валерием Васильевичем Лобановским я понял, что на меня действительно рассчитывают.

"Когда жена приходила на базар, ей все, что она хотела, бесплатно отдавали"

- Поначалу жили на базе?

- Нет, нам, пятерым новичкам команды, сразу дали двухкомнатную квартиру на Печерске. Получилось что-то вроде общежития. К тому же Вадик Евтушенко был уже женат. Мы выделили супругам одну комнату, так что кое-кому пришлось спать даже на кухне. Но так жили недолго. Уже через год я получил отдельную квартиру. К слову, многие бытовые вопросы Лобановский решал лично.

- Какой у вас самый памятный матч в карьере?

- Пожалуй, первый матч за "Динамо", в котором я вышел на поле в основном составе. Играли с тбилисским "Динамо", которое перед этим выиграло Кубок кубков. За день до матча у меня состоялась беседа с Лобановским. Он сказал: "Витя, ты будешь играть за дубль, но при первом же столкновении хватайся за ногу и делай вид, что у тебя серьезная травма". Так я и поступил. Где-то на 15-й минуте матча дублеров я покинул поле, а на следующий день вышел в основном составе. Встречу мы выиграли. С тех пор я застолбил за собой место в основном составе, а в следующем сезоне стал лучшим бомбардиром "Динамо". Играл за сборную СССР. Правда, провел не так много матчей за главную команду страны, поскольку на меня рассчитывали тренеры олимпийской команды. Мы два года готовились к Олимпиаде-84, но в Лос-Анджелес, увы, не поехали...

- Насколько я знаю, "Динамо" вы покинули по собственному желанию?

- Проблемы в "Динамо" у меня начались в 1983 году, когда главным тренером команды стал Юрий Морозов. Отношения с ним у меня не сложились. Практически весь сезон я провел в дубле. Через год вернулся Лобановский, и у меня опять все наладилось. Но в 1985-м меня стали настойчиво звать в "Черноморец". Стелла убеждала меня, что в Одессе нам будет очень хорошо. Написал заявление об уходе. Лобановский ничего подписывать не стал. "Из "Динамо" так просто не уходят, - сказал. - Подумай хорошенько". Но я уперся и несколько месяцев мучил наставника просьбами об уходе. В результате Васильич сдался. Это я сейчас понимаю, что мой уход был ошибкой. Вскоре "Динамо" выиграло Кубок кубков, а я со своим "Черноморцем", где мне наобещали золотые горы и почти ничего не исполнили, вылетел в первую лигу.

- Ну а в Грузии как оказались?

- В 1986 году бывший киевский динамовец Михаил Фоменко, ныне тренер симферопольской "Таврии", пригласил меня в "Гурию". В крохотном грузинском городке Ланчхути футболистов просто на руках носили. Хороших условий для семейной жизни там не было, поэтому жена с ребенком приезжала ко мне только летом. Когда Стелла приходила на базар, ей все, что она хотела, бесплатно отдавали. Однажды я попросил у знакомого пару килограммчиков лимонов, так он мне под ворота базы грузовик подогнал.

- С переходом в шведский клуб проблем не возникло?

- Я был одним из первых советских спортсменов, которому разрешили уехать играть за рубеж. Мне было уже за 30, лучшие годы советскому спорту я отдал, за сборную отыграл, поэтому никаких проблем не возникло. Вот только руководители "Гурии" категорически не хотели меня отпускать в шведский "Гайс". Убеждали, как могли. Однажды в мой номер пришли грузины с большим полиэтиленовым мешком, который был доверху набит деньгами. Насколько помню, там было около 100 тысяч советских рублей. Но знаете, тогда так хотелось вкусить запретный плод - пожить за границей. Моим трудоустройством в Швеции занималась компания "Совинтерспорт". Именно на счет этой организации клубы и перечисляли зарплату выступающих за границей советских спортсменов. Нам же в посольстве выдавали лишь маленькую часть заработанного: по контракту мне причиталось пять тысяч долларов, а на руки, да еще и с постоянными задержками, я получал лишь 453 доллара.

В клубе мне предоставили дом и машину, но, поверьте, в Швеции сложно прожить с семьей на 453 доллара в месяц. Там только одно пособие по безработице было 700-800 долларов. Стелле приходилось возить из Киева крупы, макароны, консервы...

"Однажды мне удалось продать даже попугая"

- Не хотелось все бросить и вернуться домой?

- Это было просто невозможно - у меня же контракт. Я начал думать, чем бы еще заняться. Легально устроиться на подработку не мог, поскольку законопослушные шведы могли позволить мне трудиться только по профессии. Мне повезло, что в Швеции я познакомился с хорошим парнем Мишей, с которым мы открыли свою фирму. В документах было записано, что компания занимается продажей электрооборудования. На самом же деле мы продавали все, что только можно продать. Однажды мне удалось продать даже попугая.

- Где же вы его взяли?

- Я был знаком с одним шведом. Как-то он спросил, не могу ли я достать для него попугая. Эти птицы в Швеции стоили безумно дорого, и держать их легально могли позволить себе далеко не все. За какие-то сто долларов знакомые советские моряки, привозившие бананы, пообещали отловить птицу в Африке и доставить в Стокгольм. Со шведом мы сошлись на пяти тысячах долларов. И вот долгожданный день. Мы встретились с покупателем в кафе. Он пришел с огромной клеткой. Стали ждать поставщика. Чтобы пронести попугая через таможню, матросу пришлось напоить птичку водкой, завернуть в газетку и сунуть в карман. Когда швед увидел, что у моряка ничего нет в руках, ужасно расстроился. Забеспокоился и я. Выхожу к своему знакомому, а он протягивает мне бумажный сверток.

Возвращаюсь в кафе. Кладу сверток на столик, разворачиваю, достаю совершенно мертвую на вид птицу. У шведа аж слезы на глаза навернулись. Я немного потряс попугайчика, и тот очнулся. Скандинав был в шоке... Через месяц встречаю шведа, а у него все пальцы на руках перебинтованы. Видимо, спиртное плохо подействовало на птицу, и она просто озверела. Все, думаю, сейчас покупатель будет требовать вернуть деньги. Но ничего подобного...

- Откуда у вас такая коммерческая жилка?

- Так ведь почти все советские спортсмены, которые выезжали на соревнования за рубеж, были отличными коммерсантами. В то время все валютные операции преследовались законом. Но нам ничего не оставалось, как нарушать закон, покупая доллары у менял. Конспирация была жуткая. Держать валюту при себе было очень опасно. Поэтому футболисты, как правило, старались спрятать деньги в общей сумке, в которой перевозилась за границу футбольная амуниция. Кто прятал деньги в трусы, кто - в гетры, кто - в бутсы. Представляете, что творилось с этой сумкой, когда она "проходила" таможню? Вокруг нее возникал целый рой футболистов, каждый из которых искал там свою заначку. Когда собирались за границу, чуть ли не бизнес-планы составляли, просчитывали. К примеру, за 400 долларов за рубежом можно было купить 60 модных курточек. В Советском Союзе их продать в несколько раз дороже.

- А как тренеры относились ко всему этому?

- Все зависело от уровня матча, на который мы направлялись. Иногда мы могли ходить по магазинам несколько часов. Но если встречи были очень важными, нам вообще запрещали выходить в город. Помнится, на весьма престижном турнире в Ла-Корунье, где нашими соперниками были испанские "Реал" и "Барселона", Лобановский категорически запретил нам покидать отель. А у меня ведь дома сын маленький. Как я мог не привезти ему подарки?

Связали мы с Вадиком Евтушенко простыни, спустились по ним со второго этажа и побежали в магазин. Подняться по простыням в номер мы не смогли. В холле нас встречал сам Валерий Васильевич. Отчитал по полной, а потом добавил: "Витя и Вадик, о вашем похождении никто не узнает, если завтра вы сыграете лучше, чем когда-либо. Если увижу, что вы хоть на миг остановитесь на поле, считайте, что вас в команде больше нет". К счастью, мы разгромили грозную "Барселону" - 4:0. Я забил два мяча и был признан лучшим игроком матча. Мне вручили красивую большую вазу. Выложился в игре так, что еле дошел до раздевалки. И думал тогда вовсе не о победе и своем призе, а о том, как же все-таки хорошо, что я успел купить подарки.

- Вы прожили в Швеции около десяти лет. Почему решили уехать?

- Знаете, в последние годы мы там, как сыр в масле катались. Деньги, положенные по контракту, шли уже на наш счет, бизнес приносил неплохую прибыль. Купили дом, сын учился в местной школе. Но ощущение, что ты чужой в этой стране, не прошло. Шведы не любят приезжих... Вернулись в Киев. Доченька родилась уже здесь, в 1999 году. Построили домик в Зазимье. Сейчас Кристинка учится уже в третьем классе, Олег работает по специальности и набирается также опыта футбольного арбитра. Мы со Стеллой тоже не сидим сложа руки. У нас, как всегда, много идей и много работы. Слава Богу, все хорошо...

← Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке

Источник: Юрий Матюха, "Факты"


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев