×
Спасибо, я уже с вами
Виктор Чанов: "Мог оказаться в "Манчестер Юнайтед", но и в Израиле хорошо "наследил"

Виктор Чанов: "Мог оказаться в "Манчестер Юнайтед", но и в Израиле хорошо "наследил"

16 марта 2011, среда. 15:462011-03-16T15:46:31+02:00

Виктор Викторович ответил на вопросы читателей UA-Футбол

Недавно в гостях у UA-Футбол побывал прославленный голкипер киевского «Динамо» и сборной СССР Виктор Викторович Чанов, который ответил на вопросы читателей нашего интернет-ресурса.

В Донецке помнят, откуда я вышел

- Виктор Викторович, хотелось бы узнать, какими были ваши первые шаги в футболе, как вы пришли в этот вид спорта?

- Думаю, для многих болельщиков не является секретом, что я вырос в футбольной семье, так что большого выбора у меня не было. Либо легкая атлетика, так как мама была рекордсменкой Советского Союза в этом виде спорта, чемпионкой, либо футбол.

Как ни странно, но начинал я не в воротах, а в нападении, где мне очень нравилось. У меня была хорошая скорость и радужные перспективы, но вмешался случай и сработал стереотип. У нас в команде одновременно заболели два вратаря, а играть нужно было, и тренеры недолго думали: Чанов – в ворота. А кто же еще? Получилось в тот раз вроде неплохо, но вскоре я снова попытался вернуться в нападение, но тут уже вмешался отец, который сказал, либо определяйся, либо вообще заканчивай с футболом.

- Во сколько лет вы попали в футбольную секцию?

- Рано, мне было шесть лет, а мяч был по колено. Через год я стал в ворота. Это была группа подготовки донецкого «Шахтера». У нас был очень хороший тренер вратарей Пономаренко Петр Андреевич. Причем сам он был небольшого роста – 1 метр и 58 сантиметров, но практически все его воспитанники играли в высшей лиге: Дегтярев, Коротких, Елинскас…

- Отец участвовал в вашем тренировочном процессе?

- Особо не вмешивался. Уже потом узнавал, что когда у нас были игры, то он приходил на стадион, но старался, чтобы его никто не видел. Ну а когда собирались дома, то иногда проводил разборы. Я считал, что игра мне удалась, что я такой красивый-нарядный, но от отца получал по полной программе. Оказывалось, что никакой я не нарядный и не красивый…

Моими тренировками в основном занимался старший брат. Он был более опытным, уже привлекался в юношескую сборную Союза. А отец в основном подсказывал словами.

- Как мама относилась к тому, что в семье сразу три вратаря? Это ведь сколько разговоров о футболе надо было выслушать!

- Мама – это наш тихий критик. В те времена вратарской формой не обеспечивали и ее шила именно мама: специальные штаны с накладками… А еще она осаждала отца, когда он переходил какие-то границы.

- Свой первый поединок в составе «Шахтера» помните?

- Конечно. Первую игру в «основе» «горняков» провел в 16 лет, а играли мы против «Динамо» Тбилиси. На тот матч я прилетел прямо из расположения молодежной сборной СССР. Отыграл два тайма за дублирующий состав, а утром следующего дня, когда должны были играть «основы», оказалось, что у Дегтярева что-то случилось с шеей и тренеры внесли мою фамилию в стартовый состав. После этого я уже не уступал место в воротах «Шахтера».

- Мандража не было?

- Был и еще какой! Впервые ощутил мандраж во время утренней разминки. Мы приехали на стадион, а там уже собралось около 30 тысяч болельщиков и это, замечу, в 10 часов утра! Но для себя сразу решил: либо пан, либо пропал и немного успокоился. Тот матч я отыграл «на ноль», а мы удержались в турнирной таблице на втором месте. Далее последовали еще нескольких «сухих» матчей и в том месяце меня признали лучшим молодым футболистом СССР.

- А что сказал отец после ваших первых успехов?

- Сказал, что по одной игре не судят. Отыграй годик, сынок, а потом поговорим.

- На что потратили первую зарплату футболиста?

- Первые деньги я заработал классе в 10-м, когда стал игроком дублирующего состава. Первая зарплата составила 60 рублей, причем в кассе не было крупных купюр и мне выдали купьрами по три рубля. Я чуть в обморок не упал – такая толстая пачка получилась! Первым делом поехал в школу, собрал весь класс и повел в столовую: выбирали все, что хотели, а расплачивался я.

- Вы долго раздумывали, прежде чем приняли приглашение Лобановского и перешли в «Динамо»?

- А он мне практически не оставил выхода. В Братиславе мы сыграли отборочный матч за выход на ЧМ, а потом Валерий Васильевич вызвал меня к себе в номер и сказал, что мне нужно расти дальше, что я перерос «Шахтер» и созрел для «Динамо». Я спросил, есть ли у меня время подумать, посоветоваться с женой. Конечно, ответил Лобановский. Но времени для раздумий у меня было ровно столько, сколько заняла дорога от его стола до двери. Только я взялся за дверную ручку, как в спину услышал: «Вижу, ты уже созрел». На столе уже лежал листик с моим заявлением, которое оставалось только подписать. Выбора у меня не был.

- Как к вам сейчас относятся в Донецке в свете перехода в «Динамо»?

- В последний раз в Донецке я был во время открытия «Донбасс Арены» и, судя по реакции, относятся с почетом и уважением. Молодежь смотрит как на идола, как на человека, который много добился. Это касается не только меня, но и всей нашей семьи. Там помнят отца, брата. В этом плане они молодцы, готов снять шляпу: хорошо знают и чтут историю.

В этом году «Шахтеру» исполняется 75 лет. Мне уже звонили из клуба и приглашали на это мероприятие. Приятно, что помнят и не забывают откуда я вышел. Кстати, разговаривал со знакомыми и знаю, что «Шахтер» не забывает о ветеранах, каждый месяц делает им какие-то подарки. Молодцы одним словом.

- Много писалось и говорилось о том, что в советские времена «Динамо» использовало админресурс Щербицкого, чтобы решить кадровый вопрос. Вас из Донецка в Киев, случайно, не автозаком везли?

- Не успели. Валерий Лобановский лет шесть звал меня в Киев, прежде чем я согласился. Я сразу решил для себя, что не стану переходить в «Динамо» только лишь для того, чтобы играть в «дубле». Если уж переходить, то готовым мастером и игроком основного состава. Так собственно и получилось.

Конечно, я мог оказаться в «Динамо» и раньше, но Михаил Михайлович Коман и Валерий Васильевич Лобановский допустили маленький просчет. «Шахтер» сумел замаскировать мою так называемую службу в армии, а когда в Киеве опомнились, то я уже «отслужил». Если бы там среагировали раньше, то, возможно, в столицу Украины меня бы действительно забрали на автозаке, ведь со многими ребятами поступали именно так. Например, с Толей Демьяненко, который часто вспоминал о том своем «трансфере».

Демьяненко привезли в Киев, он переговорил с Валерием Васильевичем, но сказал, что не хочет играть в «Динамо». Ему ответили, что нет проблем и отправили в военную часть под Киевом, а там уже знали, что рядовому Демьяненко нужно дать полный курс молодого бойца, с полной выкладкой. Прошло две недели, и Демьяненко сам набрал номер Лобановского, попросился в «Динамо». Вот это и был админресурс.

- Повлиял ли на Ваш уход из Донецка пример Вашего брата, который, имея дар голкипера от бога, так и не смог раскрыться по настоящему, пребывая вечным вторым номером у Юрия Дегтярева?

- Не повлиял. После того как брат ушел из «Шахтера» он прилично играл – попадал в 33 лучших, вызывался в олимпийскую сборную. А у меня была совершенно другая ситуация. В «Шахтере» я был безоговорочным первым номером, сборником Союза и думаю, еще долго защищал бы цвета «горняков». Оставить ту команду – это серьезный шаг с моей стороны, ведь в «Динамо» я мог и не заиграть, а в «Шахтере» у меня было все. Но думаю, я не ошибся.

Подал брату руку, а тот посмотрел как на чужого

- В «Динамо» вам сразу доверили место в воротах?

- Да. Валерий Васильевич сразу сказал, что конкуренция будет, но в «Динамо» он меня приглашает как первого номера и в первой же игре я вышел в «основе».

- Почувствовали разницу между «Динамо» и «Шахтером»?

- Конечно. Играя в «Шахтере» все время ощущал напряжение, все время нужно было находиться в игре. А в «Динамо» соперник, случалось, за весь матч создавал один момент, но ты обязан был выручить, иначе – ты не вратарь. В этом и заключалась разница. Ударов по воротам было меньше, но ты не имел права ни на секунду расслабиться.

- Тогда также у вратарей были индивидуальные тренеры?

- Нет, в основном с нами занимался второй тренер. Например, уже ныне покойный Пузач...

- Вам приходилось играть против команд, ворота которых защищал родной брат. Впервые, если не ошибаюсь, это случилось в 82 году в финале Кубка СССР, когда «Динамо» встречалось с «Торпедо». Насколько психологически трудно было противостоять родному брату?

- Во-первых, буквально же с первых секунд брат поставил меня на место. Перед игрой я подошел и подал ему руку, а он посмотрел на меня как на абсолютно чужого человека и в ответ руки не протянул. После этого я понял, что когда выходишь на поле, то уже нет ни братьев, ни сестер. Мы тогда победили 1:0, но оба получили хорошую прессу. А еще попали вместе на допинг-контроль. Там уже и пообщались как родные братья.

- Нелюбимые команды у вас были?

- Да. «Динамо» Минск, «Зенит» и «Жальгирис». А еще, конечно же, московский «Спартак», матчи с которым мы называли поединками смерти.

- Накачка сверху перед поединками со спартаковцами происходила?

- Нет, Валерий Васильевич ограждал нас от этого. Но сама атмосфера до и во время игры была какой-то особенной.

- Под впeчaтлeниeм от интeрвью Олега Кузнeцовa хочу зaдaть тaкой вопрос: прeдлaгaли-ли Чaнову-врaтaрю зa кaкоe-либо вознaгрaждeниe сдaть игру сопeрникaм? В тaких дeлaх врaтaри чaсто выступaют eдинствeнным ''нужным'' для сопeрников чeловeком. И второй вопрос: Почeму Лобaновский чaщe нa рeшaющих мaтчaх прeдпочитaл в воротaх сборной СССР Дaсaeвa, в чaстности нa финaльный мaтч ЕВРО-88?

- После решающего матча с голландцами у меня состоялся разговор с Валерием Васильевичем и очень серьезный. Тогда в сборной существовала традиция: перед игрой каждый футболист инкогнито писал свой состав и передавал главному тренеру. Лобановский рассказал, что перед финалом из 18 человек 14 написали фамилию Чанов. Тем не менее, поставили Дассаева потому что Колоскову показалось, что в составе очень много киевлян и надо бы их кем-то разбавить.

- Сильно переживали по этому поводу?

- Да. Готовился к этой игре и почему-то был уверен, что играть буду именно я.

- Чего не хватило сборной СССР в финале, чтобы обыграть голландцев?

- Прежде всего, везения. Даже при счете 0:2 у нас было много моментов, которые не реализовали. Беланов не забил пенальти, у Саши Заварова был момент, у Литовченко. Могли не только сравнять счет, но и выиграть.

- Так прeдлaгaли Чaнову-врaтaрю зa кaкоe-либо вознaгрaждeниe сдaть игру сопeрникaм?

- Напрямую нет, но намеки были, на что я всегда улыбался. Футбол такая штука, что коллег обмануть не удастся. Эти вещи видны.

В Израиле был популярнее, чем Премьер-министр

- Слышали, что вы могли оказаться в «Манчестер Юнайтед», но по какой-то случайности не перешли в этот известный клуб. Почему?

- Когда в последний раз «Динамо» стало чемпионом СССР на меня вышли представители «Маккаби» из Хайфы. Других предложений не было, поэтому поразмыслив с супругой, я подписал контракт с израильтянами. А спустя два часа раздался звонок: менеджер «МЮ» спрашивал, когда я прилетаю в Манчестер подписывать контракт. Для меня это было полной неожиданностью. А затем пошли предложения и от «Аустрии», и от «Баварии» …

Но я не жалею, что оказался в «Маккаби», ведь, как они сами говорят, наследил я там хорошо. Впервые за 40 лет по популярности иностранец оказался выше, чем премьер-министр Израиля, тогда этот пост занимал Ицхак Рабин. Он даже во время избирательной компании приезжал к нам в команду, смотрел тренировку, разговаривал, фотографировался.

Я дважды стал чемпионом Израиля и двухкратным обладателям национального Кубка. А ведь сначала думал, что еду отдыхать. Но там футбол очень открытый и если команда попадала «под пресс», могли отгрузить и пять и шесть мячей, поэтому приходилось пахать.

- Как прошла адаптация?

- Нормально. Приехал в команду, а за неделю до этого «Маккаби» проиграло со счетом 0:5, так что сразу пришлось включаться в работу. Во всех матчах, которые оставались до конца чемпионата я пропустил столько же – пять мячей, из которых два мне забили с пенальти. Даже тотализатор открывали, кто первым забьет Чанову?

- А последним вашим профессиональным клубом стал бориспольский «Борисфен»?

- Да. Мне предложили еще немного поиграть и я согласился. Тогда тренером был Фоменко, а в составе играли Балтача, Кузнецов… Затем перешел на тренерскую работу и даже поработал с приставкой "и.о." главного тренера. «Борисфен» финишировал на четвертом месте, и тогда это была сенсация. До «бронзы» не хватило чуть-чуть.

В «Динамо» работать не смог – не было доверия

- Не так давно вас снова позвали в «Динамо» уже в качестве тренера вратарей, но на новой должности вы долго не задержались…

- В «Динамо» меня пригласил Леонид Буряк. К тому времени у меня был свой бизнес, который с футболом связан не был, но я принял предложение и год отработал в «Динамо». А потом мне начали рассказывать, как нужно тренировать вратарей. Причем делали это люди, которые сами никогда не стояли «в рамке». Фамилии называть не буду, отмечу лишь, что этот человек и сейчас трудится в структуре «Динамо». Кстати, для него самый главный критерий моей работы заключался в том, выхожу ли я на тренировку в бутсах или нет. Но ведь тренеры вратарей в первую очередь должны спланировать занятия, подвести своих подопечных к матчу в оптимальной физической и психологической форме.

- А разве Леонид Буряк не мог оградить вас от этого негативного влияния?

- Так все дело в том, что тот человек свои упреки никогда не говорил прямо в лицо, а вел беседы у меня за спиной. Через год я понял, что не могу работать, когда нет доверия.

- С Игорем Суркисом о причинах своего решения разговаривали?

- Нет, обосновывать не стал, а просто сказал, что ухожу. Не мне судить о том, что удалось, а что нет, но я старался качественно выполнять свою работу. Например, кто-то подметил, что Шовковский перестал допускать нелепые ошибки, стал играть увереннее. Да и сам Саша мне как-то признался, что давно себя так хорошо не чувствовал.

Заваров лучше Алиева

- Недавно в «Динамо» вернулся Саша Алиев. Можно ли его по стилю игры сравнить с кем-то из динамовцев вашей эпохи?

- Если бы Саша Заваров скинул несколько килограммов, он бы Алиеву еще и фору дал! Это был игрок от Бога. Он запросто обыгрывал по три человека на одном квадратном метре – играючи!

- А у кого из игроков «Динамо» был самый сильный удар?

- У Литовченко был сумасшедший удар. У Кузнецова, у Блохина хлесткий, у Буряка, Яковенко бил и с левой ноги и с правой. У нас вообще была бьющая команда.

- А самым быстрым был Игорь Беланов?

- Да. Мы говорили, что все бегают, а он на мотоцикле. Заваров как-то говорит, Игорь, тебе не на футбольном поле нужно играть. А где? - интересуется Беланов. На взлетной полосе в Борисполе, чтобы хватило места для разгону.

- Беланов выставлялся команде за «Золотой мяч»?

- Выставлялся: торт, чай, пирожное…

- Знаем, что вы курите. Как часто тренеры ловили вас с сигаретой? Отказаться от курения не планируете?

- Конечно, собираюсь бросить курить. Каждое утро убеждаю себя в этом, но все никак…

Тренеры никогда не ловили меня за курением. Даже Михаил Михайлович Коман, который был старшим тренером по воспитательной работе, как-то сказал: ну когда же я тебя поймаю с сигаретой?!

А вообще если кто-то попадался, то это была самая дорогая сигарета в его жизни, так как штраф составлял 200 рублей!

- И часто ловили?

- Бывало. Кого ловили – говорить не стану, но замечу, что из того состава «Динамо» курили процентов 90 футболистов.

- В одном из интервью Лобановский сказал, что в «Динамо» не курил только он.

- Подтверждаю, это он говорил журналистам при мне.

Продолжение следует...

← Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке

Источник: UA-Футбол


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев