×
Спасибо, я уже с вами
Юрий Пшеничников рассказал о Евро-1968

Юрий Пшеничников рассказал о Евро-1968

Автор: Андрей Недбайло, газета "Команда"

24 февраля 2012, пятница. 13:592012-02-24T13:59:35+02:00

Первым чемпионатом Европы, на котором сборная СССР не сумела завоевать медали, стало континентальное первенство 1968 года в Италии. На том форуме подопечные Михаила Якушина уступили место в финале хозяевам. Именно уступили, а не проиграли, ведь победителя поединка между «Красной Машиной» и «Скуадрой Адзуррой», завершившегося в основное и дополнительное время без голов, определил жребий (кстати, сборная СССР стала единственной в истории европейских чемпионатов командой, которой засчитали поражение с помощью монетки). Ну а в матче за третье место сильнее оказались англичане.

Ворота «красных» на том первенстве защищал кипер московского ЦСКА Юрий ПШЕНИЧНИКОВ, которого мы и попросили поделиться своими воспоминаниями.

— Юрий Павлович, во время группового турнира отбора к ЧЕ-1968 завершил карьеру в сборной легендарный Лев Яшин, тем самым открыв дорогу в основной состав вам. Как отреагировали на случившееся?

— К тому, что Яшин уйдет из сборной, все шло. Мы с ним были давно знакомы. Бывало, что он играл в основе, а бывало, что на поле с первых минут выходил я. Но в то время было много хороших вратарей: Евгений Рудаков, Анзор Кавазашвили, Виктор Банников, Владимир Пильгуй. Все они могли заменить Яшина.

— Знаю, что вы были знакомы со Львом Ивановичем с 1962 года. Накануне поездки в Италию он говорил вам какие-то напутственные слова?

— Нет, перед чемпионатом Европы мы с ним вообще не встречались.

— В отборочном групповом турнире Евро-1968 вы защищали ворота сборной СССР во встрече с финнами, где пропустили два мяча, хотя команда и выиграла в том поединке со счетом 5:2. Затем на поле вернулись уже в ответном четвертьфинале с

венграми. В первом же матче против мадьяр советская сборная, ворота которой защищал Кавазашвили, уступила — 0:2. Голкиперов Михаил Якушин менял в зависимости от их выступлений?

— Якушин не просто так ставил игроков на поединок. Он выпускал лишь тех, в ком был уверен, и знал, что они его не подведут. В первом матче с венграми на воротах должен был стоять я, но накануне игры, после тренировки в «Лужниках», у меня тем-

пература подскочила до 40 градусов. По этой причине и играл Кавазашвили. Во втором поединке стоять должен был я, так

что те два мяча, пропущенных Анзором в Будапеште, не играли никакой роли. К ответной встрече мы готовились, как обычно. Команда базировалась в ВКШ (Высшая Комсомольская Школа. — Прим.авт.), где также жили юноши и девушки из разных стран. Тренироваться мы ездили на базу московского «Торпедо» в Мячково.

На сборах я жил в одной комнате с Ворониным и Стрельцовым. Как-то я спросил у Якушина, почему он поселил меня именно с ними. Михаил Иосифович хитро прищурился и пошутил, что я должен их воспитывать. Был еще такой момент. Спать в одной комнате со Стрельцовым было невозможно — Эдик сильно храпел, поэтому я брал свою постель, выходил в коридор и ложился на диван. Там ко мне приходили девочки из Венгрии, которые тоже жили в ВКШ, и зазывали меня к себе. И так длилось все

10 дней, которые мы готовились к ответному поединку. Должен признать, что я устоял!

— Накануне этого матча дополнительная накачка от партии была?

— Нет. Но была другая история. 2 июня, за три дня до полуфинала с Италией, нам предстояло провести на выезде ответный поединок олимпийского турнира с чехами. И все это происходило во время обострения политической ситуации в Чехословакии, когда даже местные жители кричали нам, что мы — оккупанты и чтобы мы убирались подальше из страны. Перед матчем команду СССР в полном составе вызвало руководство. Нас сразу предупредили, что в предстоящем поединке футболисты соперника будут убивать нас на поле, но нам строго-настрого запрещено им отвечать. Попросили, если кто-то не готов, сразу отказаться. Но как мы, патриоты своей страны, могли отказаться? В итоге в той встрече потеряли троих —Аничкина, Хурцилаву и Численко. К тому же ушли Сабо и Медвидь, в автокатастрофу попал Воронин, а Стрельцов со сборной завязал. Так что на финальную часть Евро мы ехали в ослабленном составе, потому наши шансы на успех резко снизились.

— Многие называют вторую игру с венграми лучшей в исполнении советской команды.

— Да, это действительно был великолепный поединок. Нам противостоял сильный соперник, которому предстояло забить три

мяча и при этом не пропустить. Помню, в самой концовке матча, когда мы вели с нужным счетом, арбитр назначил штрафной с

правой стороны полукруга штрафной площади. Месей обводящим ударом послал мяч точно в дальнюю девятку. Если честно, я сам не знаю, как сумел среагировать и отразить удар в том эпизоде. Затем ко мне подбежал радостный Воронин и сталкричать, что поединок завершился, и мы пробились в полуфинал! Жаль, что не осталось видеозаписи того матча. Я бы с радостью пересмотрел эту игру.

— В полуфинале волею жребия вам в оппоненты достались хозяева финального турнира — итальянцы. Как в команде восприняли весть о том, что играть придется с апеннинцами, и чего вы ожидали от этого противостояния?

— Все отреагировали на этоизвестие нормально. Там все соперники были нам по зубам. Мы знали, что весь стадион будет

поддерживать своих любимцев. Что же касается арбитров, то никаких нареканий на работу служителей Фемиды у нас не было и

быть не могло, ведь они судили объективно.

— Как вы добирались в Италию и как вас там принимали?

— Все было организовано на высшем уровне. Никакого дискомфорта мы не ощущали. Был один момент у нас в отеле, не связанный с футболом. Как-то мы пошли обедать, а в ресторане уже сидели ребята из какой-то местной футбольной команды. Так вот, перед каждым из итальянских игроков на столе стоял бокал красного вина, которое им разрешали пить. При этом мы узнали, что в тот же день вечером им предстояло с кем-то играть. Мы спросили у главного тренера, почему им можно

пить в день поединка, а нам — нет, на что Якушин ответил, что если разрешит нам пить в день игры, то мы вряд ли и на бочке вина остановимся, не то что на одном бокале. Кстати, итальянцы тогда свой матч выиграли со счетом 2:0.

— Ну а ваш поединок со «Скуадрой Адзуррой»…

— Это было равное противостояние. Должен признать, что в первом тайме я замерз. За 45 минут коснулся мяча всего два или

три раза. А вот во второй половине встречи итальянцы стали действовать активнее, но все же поразить наши ворота не сумели. Основное время матча завершилось без забитых мячей. Помню, что в конце второго овертайма принести победу хозяевам мог Доменгини, но мяч после его мощнейшего удара угодил в стойку, которая буквально затряслась.

— Поскольку ни в основное, ни в дополнительное время голов забито не было, выявлять победителя предстояло не в серии пенальти, как это делается в современном футболе, а посредством жребия, бросая монетку…

— Дело было так. Два капитана (Шестернев и Факкетти), два тренера (Якушин и Валькареджи), а также главный арбитр вместе с

представителями УЕФА отправились в судейскую комнату. После того как они выбрали нейтральную монету, рефери спросил у

Шестернева — «герб» или «корона»? Альберт промолчал. Затем судья вновь повторил свой вопрос, но и на этот раз ответа не последовало. В это время Якушин стоял рядом и говорил нашему капитану: «Герб», «Герб!», но он так ничего и не сказал. Не знаю, что с ним случилось тогда. Если бы он повторил за тренером, то автоматически снял бы с себя всю ответственность за результат. Это во-первых. Во-вторых, это еще и вопрос дисциплины. Раз наставник так сказал, значит, нужно подчиниться. Видимо, у Якушина было какое-то предчувствие. Не услышав ответа от команды СССР, судья спросил у Факкетти, что выбирает он. Тот, не раздумывая, ответил: «Герб». Кстати, не так давно я узнал из интервью капитана итальянцев, что вы-

брать правильную сторону монеты ему помог именно советский тренер. Факкетти слышал, как Якушин заставлял Шестернева выбрать «герб», потому и повторил за Михаилом Иосифовичем, когдасудья задал вопрос ему. Арбитр подбросил монету.

Итальянцы угадали. Факкетти вышел на поле и от радости поднял руки вверх. Весь стадион заорал…

— Якушин как-то рассказывал, что в детстве увлекался игрой «орел-решка», потому и посчитал, что вероятность выпадения «герба» из-за его выпуклости выше, чем «короны»…

— А мы все увлекались игрой в «орлянку». И я не исключение. И всегда выбирали «орла»…

— Как команда восприняла известие о неудаче?

— В раздевалке царила напряженная обстановка. Все были удручены. Мы уступили Италии не по игре, а в «орлянку». Хотя

соперники потом зашли к нам, пожимали руки, что-то говорили. Но все сводилось к тому, что «Но фортуна»…

— Понимал ли тогда Якушин, что это поражение может стоить ему места главного тренера сборной?

— Думаю, да, ведь после матча с англичанами он пошел в бар и как следует надрался. Да и не он один. Мне потом говорили, чтобы я пришел и забрал его оттуда. Уверяли, что Якушин никого, кроме меня, слушать не станет. Так и было. Мне удалось уговорить его вернуться к себе. Наверное, у не го было предчувствие, что дома его по головке не погладят.

— За те три дня, которые оставались до поединка с Англией за третье место, игроки успели немного отойти от неудачи в полуфинале?

— Нет. Знаю, что Шестернев как капитан команды испытывал чувство вины перед коллективом, поэтому пригласил всех в ресторан. Но я идти отказался.

Почему не удалось ничего противопоставить англичанам в матче за бронзовые медали?

— Все дело было в настрое, хотя считаю, что психологический надлом у нас произошел еще накануне Евро, в игре с чехами. Открыл счет Бобби Чарльтон. Он продрался сквозь наших защитников к воротам и из пределов штрафной с левой ноги пробил в

дальний угол. Второй гол мы пропустили уже во втором тайме. После дальнего удара мяч попал в спину, кажется, Шестерневу и отскочил к Херсту, который вышел один на один со мной. Я кинулся ему в ноги, но он технично убрал меня и направил сферу в пустые ворота. С англичанами играть было, безусловно, труднее, чем с итальянцами.

— В итоге на родину вы вернулись без медалей…

— Слава Богу, что в то время сталинский режим канул в Лету, иначе загнали бы нас неведомо куда и неизвестно, что было бы

дальше! Да и из «верхушки» никто не обратил внимания на нашу неудачу.

— После завершения футбольной карьеры вы стали тренером. Работали в Лаосе, на Мадагаскаре, в ОАЭ и России. Чем занимаетесь сейчас?

— Провожу индивидуальные занятия с детьми. До 2008 года тренировал ребят в школе московского «Динамо».

— За предстоящим Евро-2012 в Украине следить будете?

— Обязательно! Может быть, удастся приехать, но пока загадывать не буду.

— Какие шансы на этом форуме у сборных Украины и России?

— Обе команды обязаны пробиваться в плей-офф.

— А кого вы считаете фаворитом турнира?

— Думаю, что наибольшие шансы победить имеет сборная Испании.

← Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке

Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев