Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках. Трагическая история первого черного игрока Челси ᐉ UA-Футбол
Чемпионат Англии
Англия Таблица Матчи Новости Команды Бомбардиры Ассистенты Гол+пас Посещаемость

Олександр Риженко
18.05.2018
пятница
16:00
"Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках". Трагическая история первого черного игрока Челси
Рейтинг публикации
Також читайте українською: "Я спостерігав за останнім подихом сина на своїх руках". Трагічна історія першого чорного гравця Челсі

UA-Футбол представляет рассказ от первого лица первого в истории лондонского "Челси" темнокожего футболиста Пола Кановиля, основанную на его автобиографии и интервью британской прессе.

Кановиль родился в западном Лондоне в семье эмигрантов из Карибских островов. В возрасте двух лет отец ушел из семьи, оставив своего сына с дочерью на одну мать. Однако это оказалось не самой большой проблемой будущего футболиста. Судьба с особой тщательностью подбирала испытания для Пола, наполнив трагизмом на несколько жизней вперед.

Внимание, некоторые детали истории могут показаться оскорбительными и ужасными.

Люди часто спрашивают меня, скучаю ли я по футболу. Конечно же нет! Но внутри я умер. Потому что я жил только ради игры в футбол.

Со времен первого поколения афро-карибских переселенцев в культурном плане мы не разделяли своих проблем внутри семьи. Тогда, если у вас была проблема дома, она не покидала четырех стен. Но я даже не поделился своими с матерью. Я держал все в себе, и в итоге это съело меня. Мать была дисциплинированной женщиной, ее нельзя назвать любящей и ласковой. Я боялся даже подумать, чтобы сказать ей: "Мам, кое-что произошло в школе".

Я любил футбол. Но не тренеров или скаутов я хотел впечатлить, а своих родителей. Отец ушел, когда я был маленьким, а мама не воспринимала футбол всерьез. Я неоднократно возвращался домой с наградой лучшему игроку матча и хотел поделиться ею с моей мамой. Но она меня опускала на землю: "Иди и занимайся своими делами!".

Но, думаю, мое упорство в характере от матери. Она перебралась в Великобританию из стран Карибского бассейна, и то, что ей пришлось пережить, вряд ли бы сумел я. Она работала прачкой в подвале гостиницы. В один из дней ей отказали в повышении, но зато его получила ее белая коллега. На вопрос, почему так, начальник сказал, что ее не должны видеть клиенты. Почему? Потому что она черная.

Я много прогуливал школу в подростковом возрасте; в одном из семестров у меня набралось 75 прогулов. Какое-то время я даже был в борсталской тюрьме за глупое ограбление. Мы вломились в магазин, приехала полиция, от которой пришлось прятаться в кустах все утро. В какой-то момент мы решили встать и пройтись, притворяясь, что идем по делам. Полиция остановилась рядом с нами, и мы остановились. Все стало очевидным. Они впаяли мне четыре или пять месяцев тюрьмы.

В 79-м мать переехала к своему новому бойфренду и мне просто негде стало жить. Спасением стало приглашение от клуба Южной футбольной лиги, хоть спать приходилось в заброшенной машине. Однако успехи на поле не остались незамеченными: спустя два года меня пригласили на просмотр "Саутгемптон" и "Челси". И именно лондонский клуб предложил контракт.

"Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках". Трагическая история первого черного игрока Челси - изображение 1

Я любил чемпионат страны среди молодежных команд и думал, что там должно быть другое качество игры по сравнению с полупрофессиональной лигой. Но это было не так. Я забивал ради удовольствия справа, слева, из центра. Уже спустя четыре месяца я был в первой команде клуба.

Перед моей первой игрой против "Кристал Пэлас" на "Селхерст Парк" я был на седьмом небе от счастья. Однако…

Впервые я столкнулся с расизмом в Саутхолле, где рос. Национальный фронт [радикально-националистическая партия] в ту эпоху была распространена. Было жутко страшно, и если я хотел выйти на улицу, то должен был взять свою сестру с собой. Если вы увидели проезжающую мимо машину, а затем красные стоп-сигналы, как будто она останавливается, нужно было разворачиваться и идти в другую сторону. Потому что кучка белых мальчиков выйдет из авто за тобой. Я с этим рос.

Но теперь я в игре и не думал об этом. Ведь этого не может быть в Про-лиге, верно?

В дебютном матче я попал в запас и был в восторге от мысли, что вскоре смогу реализовать свою мечту. За четверть часа до финального свистка мне сказали разминаться.

Из трибун слышались возгласы Голливог [тряпичная кукла, изображающая темнокожего человека], обзывали "Черной пи…ой", кричали "Иди домой", бросали бананы. Все время я думал, что это болельщики "Кристал Пэлас" так пытаются меня вывести из себя. Трибуны в то время были так близко, что можно было услышать все.

Я обернулся и увидел, что это не болельщики "Пэлас".

Это были болельщики "Челси".

Я был в тупике. Они ведь даже не знают меня!

Я даже не знал, что был первым черным игроком, который играл за "Челси".

Коуч тогда сказал мне: "Знаю, что ты чувствуешь, но эти тупицы платят тебе зарплату". После этого мне стало немного проще. Они платили мне. Ржали с самих себя.

Я думал, после двух или трех игр они остановятся, но становилось только хуже. И в домашних, и в гостевых матчах меня называли нигером.

Клуб не спешил выступать против расизма, но с партнерами по команде у меня проблем не было. Я чувствовал, что некоторые из них переживают чуть ли не больше меня по поводу постоянных насмешек надо мной. На тренировках у нас было много стеба по этому поводу. Это было наслаждением. Таким же наслаждением, как утренний подъем ради новой тренировки.

Мой первый гол был в ворота "Фулхэма" на "Кревейн Коттежж" в апреле 1983 года. Я был так рад забить свой первый гол, но он не был принят некоторыми болельщиками. Почему? Потому что я черный. Они кричали с трибун, что этот гол не считается. Мои же болельщики. Я был так смущен. У меня всегда было такое чувство, что я должен играть два матча подряд, чтобы быть принятым собственными болельщиками. Но это подстегивало меня.

Я ненавидел выходить на замену. Мне бы лучше сидеть в подтрибунном помещении до тех пор, пока меня не позовут. Раньше я ходил и разогревался около Восточной трибуны на "Стэмфорд Бридж". Это был долгий путь от скамейки запасных. Пока я шел, зрители кричали всякие расистские оскорбления. Но я притворялся, что не слышал их. После игры я ждал на стадионе часа два или три пока толпа не утихала. Потому что боялся.

Не поймите меня неправильно, были фанаты, которые очень меня поддерживали, когда увидели, что я могу дать команде. Поэтому я не смотрел на болельщиков отрицательно. Я смиренно относился к тому, где был, это была моя возможность и моя мечта. И я не мог сделать что-либо, чтобы попасть под чужой гнев.

"Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках". Трагическая история первого черного игрока Челси - изображение 2

Мне пришлось покинуть "Челси" из-за конфликта с одним из партнеров по команде. Давайте только не будем называть имена, ОК? В общем, этот парень начал оскорблять меня, а я его уложил на пол. В порыве гнева он пошел на меня с клюшкой для гольфа, но покинуть клуб пришлось именно мне как более молодому.

В 1986 году я присоединился к "Редингу". После двенадцати игр сезона у нас все было хорошо, и ребята были великолепны. Мы шли на третьем месте и нас ожидал выезд в Сандерленд.

Был угловой, Дэвид Суиндлхерст опекал меня, я позволил мячу пролететь мимо меня, развернулся, и Дэвид попал мне в правое колено. Весь мой вес ушел в другую сторону от колена, и я упал на газон. Я не понимал степени травмы. Я хотел подняться, чтобы пробить пенальти, но увидел, что колено было вывихнуто в одну сторону, а нога ушла в другую.

Я проснулся на следующий день с ногой в гипсе. Рядом со мной был доктор.

- Док, когда я вернусь в игру?

- Сынок, это самая худшая травма в футболе. У тебя вывихнуто колено, порваны связки и "кресты".

Я чувствовал себя на дне.

Моя мать сразу же хотела, чтобы я занялся чем-то другим. Но чем? Я ничего не умел. Я даже не ходил в школу.

Был целый год реабилитации, чтобы восстановиться. Первая после возвращения игра была против "Борнмута". Я старался поберечь свое колено, заходя под удары с левой. Но однажды мяч катился под правую и пришлось бить.

Сначала я подумал, что все прошло хорошо, но появилась опухоль, как воздушный шар. Менеджеры "Рединга" были предельно прямы: "Пол, мы не собираемся продлевать ваш контракт".

Я взял расчетный платеж и по дороге домой был уверен, что найду другую работу. Но я был полностью разбит. Теперь я думаю: почему в то время не было помощи от FA, клубов и групп поддержки, когда такие вещи происходили?

Я не хотел, чтобы кто-то знал кроме команды, что у меня были проблемы. Ни одна душа. Мы же были футболистами, нас боготворили.

Я должен был найти работу, но все еще жил золотой жизнью.

Я уходил на вечеринки и возвращался в 3 часа ночи. Я нашел работу курьера и начинал в 5 утра. Временами я даже не спал после тусовок, а сразу шел на работу. Понятно, что такой график давался непросто, поэтому я часто говорил, что болен, и меня отпускали домой.

Потом появились наркотики. Я начал принимать крэк в 1990-м.

Сначала я думал, что наркотики не могут контролировать меня, это просто весело, успокаивал себя, что все в порядке. Кокаин был усилителем, он все делал таким красивым, но потом, когда ты слезаешь с него… Вау.

Ты тратишь все свои деньги на наркотики. Ты начинаешь брать взаймы у семьи, говоря им, что вернешь на следующей неделе.

Внутренне я умолял о помощи. Я хотел, чтобы полиция арестовала меня, но они этого не сделали, потому что я продолжал все отрицать и скрывать. Я работал на компанию, которая поставляла инструменты. Я приходил рано утром, воровал радиаторы и свинцовые рулоны для продажи. Я отчаянно хотел, чтобы меня поймали.

Затем я был диджеем. Нас было трое, мы крутили соул и регги. Длинные вечеринки – это был мой доход для наркотиков.

Каждое утро я начинал с приема обезболивающих на пустой желудок, от чего заработал язву. Спустя две недели я обратился к врачам, которые сразу же отправили меня на операцию. После нее доктор сказал: "Просто для справки – у тебя рак".

У меня была химиотерапия. Мне сказали, что это убьет мою иммунную систему, и у меня больше не будет детей. У меня их и так уже было десять от десяти разных женщин, но я хотел еще.

Я отправился домой с подругой и простудился, продолжая пить мед и лимон, которые мне давала моя мать. В течение двух недель я потягивал мед с лимоном, но холод внутри не проходил. Мне было всего 35, но чувствовал я себя на все 70. Иммунная система просто улетела в небеса.

Однажды утром я проснулся от того, что был парализован. Все, что я мог делать, это пошевелить шеей. Я повернулся к своей девушке и сказал ей об этом. Она ответила: "Заткнись, Пол, перестань так шутить". Она пыталась поднять мои руки и ноги, но они просто упали. Я должен был обратиться к моим докторам раньше, чем эта дрянь распространится по всему телу. У меня выпали волосы, а есть я мог только мороженое и желе.

Скорая доставила меня в Сток Ньюингтон, врачи говорили, чтобы я не спал. Я чуть не умер, пока не попал в больницу.

Я вылечился, но тогда меня ждал другой удар и особое падение вниз, в темноту. Мое сердце было разорвано безвозвратно, когда мой 10-дневный сын, родившись с пороком сердца, умер у меня на руках. Врачи сказали, что после рождения у малыша возникли проблемы с дыханием. Ему делали инъекции инсулина каждые четыре часа. Все девять дней я оставался с ним. Врачи говорили, что операцию делать очень рискованно, и исход практически предрешен. Я наблюдал за его последним дыханием у меня на руках.

Ничто не могло заглушить боль и травму того, что я чувствовал. Катастрофа за катастрофой – как можно продолжать жить после этого? Я просто украл 80 фунтов из кошелька моей девушки и сбежал в Лондон за очередной дозой кокаина. Потом и у матери стянул деньги. А затем заложил в ломбард свои медали.

"Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках". Трагическая история первого черного игрока Челси - изображение 3

И тут появился Саймон.

Саймон Чендлер был игроком молодежки "Челси". Я был на дне, шел по дороге в поисках наркотиков. Я увидел его издали, но не нашел, куда отвернуться. Я притворился, что не знаю его. Он был наслышан о моих переживаниях. Он отправил меня в реабилитационный центр и вернул в спортзал. Он вытряс из меня много дерьма.

Программа реабилитации сопровождалась консультацией. Я тогда подумал: "Консультация? Открываться незнакомцам? Нет-нет, спасибо. В жопу это".

Итак, на моем первом сеансе..

- Как ваши дела?

- Отлично.

- Тогда почему вы здесь?

- Это, бл..ь, очень глупый вопрос, не так ли? Я на реабилитации, как думаешь? Скажи мне.

- Нет, это вы нам скажите. Что вы хотите сделать?

- Что я хочу? Это глупые вопросы.

Это было бессмысленно. Я хотел встать и уйти, и он сказал: "Это часть программы. Если ты уйдешь, тебя исключат из нее".

Я подумал: "Вот бл..ь. Посижу-ка здесь часик. В тишине".

Поэтому они попробовали кого-то другого подобраться ко мне, и я все равно устроил сцену.

- Как вы думаете, проблемы, которые у вас возникли, связаны с вашей матерью?

- Как, бл..ь, ты смеешь?! Ты не знаешь мою мать!, - я расценил это как оскорбление.

- Как насчет ваших детей?

- Да п….ц! Что ты знаешь о моих детях?

Все погрузилось в тишину.

А затем.

БАМ

Это был словно удар гвоздем по голове.

Я постоянно думал о своей матери и о своих детях. Я начал раскрываться и не хотел, чтобы первый сеанс заканчивался. Я так сильно хотел освободиться.

Мне сказали не раскрываться, но я все равно сделал это, и мне помогло. Каждый раз, когда приближалась следующий сеанс, я с нетерпением ждал его.

После все встало на свои места. Это было невероятно.

Приблизительно в те же годы "Челси" предложил мне возглавить проект, который через футбол рассказывал о проблеме расизма. Теперь моя сила исходит из того, что я делаю. Я получаю такой кайф от общения с детьми. Я продолжал ходить по школам, а ученики слушали меня.

"Я наблюдал за последним дыханием сына на своих руках". Трагическая история первого черного игрока Челси - изображение 4

В какой-то момент кто-то сказал мне, почему бы не подать заявку на получение квалификации? После преодоления себя я решился и прошел собеседование.

Когда я вышел за двери, то рыдал. Это было фантастическое чувство. Парень, который сам никогда не был в школе, будет учить других. Я позвонил матери и сообщил ей. Она сказала, что гордится мной. Она никогда такого не говорила. Это был лучший момент в моей жизни.

Какое-то время я жил на Карибских островах, но это не лучшим образом сказалось на моем здоровье, поэтому пришлось вернуться назад. В 2004-м рак вернулся, однако мне вновь удалось его победить.

Я работал водителем для детей-инвалидов. Затем я написал свою автобиографию "Черный и синий", которая получила множество наград. Меня часто можно увидеть на матчах "Челси" и на разных официальных мероприятиях "синих". Кто-то подходил и даже извинялся передо мной за прошлое. Я не знал, как реагировать.

Зачем я это все рассказываю? Самое лучшее – бесчисленное количество людей, которые это прочитали, и вдохновились, чтобы изменить свою жизнь к лучшему.

В материале использованы фото skysports.com, dailymail.co.uk и PA Images

Читайте самые интересные новости футбола в Telegram, Facebook и Viber
Подписывайтесь на наш канал YouTube
Оцените этот материал
Голосов 10
Загрузка...
Реклама
Авторизуйтесь на сайте, для того чтобы голосовать.
Комментарии (1)
Войдите, чтобы оставлять комментарии. Войти
Бармалей младший (Ужгород)
Невероятная история, спасибо за материал.
Ответить
+4
-1
 

© UA-Футбол 2002-2018.
Все права на материалы, находящиеся на сайте www.ua-football.com, охраняются в соответствии с законодательством Украины.
Материалы сайта предназначены для лиц старше 18 лет (18+).
Пишите нам: [email protected]