Рашид Рахимов: "Я - демократический диктатор"

Рашид Рахимов: "Я - демократический диктатор"

12 января 2008, суббота. 01:282008-01-12T01:28:24+02:00

В четверг вечером в редакции "Спорт-Экспресса" побывал главный тренер "Локомотива"

- Как провели праздники? - поинтересовались мы в первую очередь у Рахимова.

- Отдыхал с семьей в Австрии.

- Ваши родные живут там постоянно?

- Да. Дети учатся, и срывать их с места сейчас, наверное, нельзя. Но приезжать в Москву они, конечно, будут.

- Насколько близко познакомились с новой для вас командой?

- С большинством футболистов, за исключением двух-трех отсутствовавших, разговаривал еще в декабре.

- Можно ли с приходом Герхарда Хитцеля считать тренерский штаб "Локомотива" окончательно сформированным?

- Нет. Но пока будем работать нынешним составом: помимо Хитцеля это пришедший со мной из "Амкара" Альфред Татар и отвечающий за физподготовку Владимир Гречишкин. Стараюсь подбирать людей, которые понимают футбол близко к тому, как его понимаю я. Однако, думаю, для профессиональной команды штаб из четырех человек маловат.

- Не собираетесь вернуться к практиковавшемуся вашим предшественником разделению, когда за каждую линию в команде отвечал один из тренеров?

- Нет, потому что не согласен с подобным подходом. Впрочем, любой специалист вправе иметь собственную точку зрения.

- Хитцель в нашей стране - человек новый. Не могли бы сказать о нем несколько слов, тем более что в Австрии вы у него учились...

- Знаю Хитцеля давно, он долго работал в Австрийской федерации футбола, прошел все этапы, тренируя сборные разных возрастов - от 16-летних до молодежки. В конце 80-х был помощником Йозефа Хиккерсбергера, которому удалось вывести сборную Австрии на ЧМ-90. Кроме того, обладая профессиональной лицензией, Хитцель много лет преподает курс УЕФА. Я и в прошлом году пытался пригласить его в "Амкар", но тогда, к сожалению, не получилось.

- Что помешало?

- Для него, наверное, переезд в Пермь выглядел слишком далеким, а главное - надо было довести до выпуска две тренерские группы.

- Хитцель будет жить в Москве или появляться здесь наездами?

- Он будет с командой постоянно.

- Правда, что его функции не ограничатся главной командой?

- Да, Хитцель будет помогать локомотивской школе. Он уже встречался с детскими тренерами и обсудил основные направления работы.

- Говорят, что ваш другой помощник-австриец, Татар, в прошлом - панк?

- Альфред - разносторонне развитая личность. Да, был панком, но еще он, скажем, грибник. Любит и умеет готовить, особенно для своих детей. Ну и вообще это очень умный человек - закончил биологический факультет в Вене, хорошо разбирается в математике, биологии, медицине.

- Доводилось слышать, что Татар в молодости мог выйти на площадь и начать играть на музыкальном инструменте. Это так?

- Да. Как и то, что он с одной стороны лица сбривал бороду, а с другой оставлял.

- Подавали ему хорошо?

- Об этом не спрашивал. Но знаю, что как-то выступление Татара увидел главный тренер его команды. А вечером они проиграли 0:3 - и на следующий день тренера сняли.

- Если бы вам перед матчем на глаза попался так же бритый Сычев, поющий на площади, что бы предприняли?

- Я бы... А почему вы вдруг решили Сычева в пример привести?

- Имя громкое, в телевизионных шоу-программах участвовал...

- Давайте договоримся: рассматриваем не Сычева, а вообще любого профессионального футболиста. Так вот, если бы я встретил игрока своей команды в такой ситуации, дал бы ему денег и попросил исполнить какую-нибудь хорошую песню.

- Почему продолжительность сборов "Локомотива" не превышает 10 - 11 дней?

- Две недели - это очень много. Все-таки от ежедневного общения с одними и теми же людьми устаешь. Футболисты на сборе получают не только физическую нагрузку, но и психологическую, эмоциональную. Если проанализировать, приходишь к выводу: именно в последние два-три дня при традиционном двухнедельном выезде в командах случаются большие конфликты.

- Между тем сборная России перед Euro-2008 будет готовиться почти месяц. Даже разногласия из-за этого с клубами возникли.

- Параллель неуместна: подготовка сборной и сборы в составе клуба - совершенно разные вещи. Чемпионат Европы может случиться один раз в карьере, тут особый настрой. А череда сборов в межсезонье - обычная рутина.

- Известие о новом формате сборов игроки "Локо" наверняка восприняли с радостью?

- Работы у них меньше не станет, так что начнутся тренировки - радость пропадет.

- Вписывается ли в вашу программу турнир в Испании, который пройдет уже на начальной стадии подготовки к сезону - в конце января?

- Мне бы не хотелось, чтобы "Локомотив" участвовал в этом соревновании, однако руководители клуба дали свое согласие еще до моего прихода. Турнир покажут по телеканалу Eurosport-2, поэтому менять что-то проблематично. В результате мне пришлось вносить коррективы в свои планы, находить место для девяти тренировочных занятий, которые значились в расписании с 26 по 30 января. Подчеркну: мы не станем снижать нагрузки ради успешного выступления в турнире - игрокам придется выходить на поле уставшими.

- Право вето на трансферы у вас сохраняется?

- Без моего согласия ни один футболист приобретен не будет. Руководители, с которыми я нахожусь в хорошем контакте, это прекрасно понимают. Предвосхищая ваши вопросы о трансферах, скажу: мы не торопимся принимать решения. Ходит много разговоров на тему интереса к футболисту со стороны двух-трех клубов, что увеличивает стоимость потенциального новичка. Во избежание этого мы не станем афишировать наши планы.

- Хорошо, но амкаровцы Белоруков с Левенцом едут с вами в Турцию?

- Нет, они едут туда с пермским клубом. Хотя есть, конечно, позиции, которые мы хотели бы усилить. Я просмотрел ряд игроков в зарубежных клубах, но их отказались отпускать в разгар сезона. Придется искать других.

- Сколько новичков вам нужно и на какие позиции?

- Четыре, позиции же не назову.

- Почему в Анталью с командой летит голкипер Поляков, у которого истек срок соглашения с "Локомотивом"?

- Мне надо посмотреть всех в деле, чтобы сделать выводы. Если придется с кем-то расстаться, все пройдет в корректной форме. Не важно - играл футболист или нет, он для пользы команды вкладывал свой труд. Просто спортивная жизнь такова: кто-то приходит, кто-то уходит.

- Как пройдет тестирование футболистов в Турции?

- В Анталье будет много работы на индивидуальном пульсе каждого игрока. Причем нам предстоит узнать показатели различных пульсов: восстанавливающего, средней нагрузки, высокой... Кроме того, приглашенные специалисты в течение недели во время тренировок будут брать анализы и смотреть, как игроки адаптируются к нагрузкам. Такую методику я еще не применял.

- В Австрии вы придумывали самые разные упражнения. Какое было самым необычным?

- Футболисты, например, смеялись и удивлялись, когда я им предложил завязать один глаз. При этом совсем другой угол обзора, к нему надо приспосабливаться. Или необычные упражнения на реакцию. Скажем, раскладываю четыре мяча: регбийный, гандбольный, футбольный и теннисный. По команде игрок должен резко развернуться и нанести удар по названному мячу точно в руки партнеру. Времени на то, чтобы сориентироваться, отводится минимум.

- Анатолий Тарасов, придумавший бадминтон на льду, говорил, что многие упражнения приходят к нему во сне. К вам тоже?

- Нет. Я составляю план на тренировку, размышляю, чем можно заняться, возникает идея, которую постепенно довожу до ума. Но нельзя забывать, что это эксперимент, иногда можно и ошибиться.

- С какими чувствами вы ждете начала работы с новой командой?

- А работа фактически уже началась. Только теперь она переносится на поле. У меня уже было немало встреч. Пару раз пришлось слетать на просмотр футболистов.

- Есть ли разница в менталитете игроков "Амкара" и "Локомотива", различающихся по амбициям и возможностям?

- Она, может быть, есть в уровне мастерства. Но в обоих клубах игроки хотят проявить характер и свои лучшие качества. Тренеру нужно это желание использовать и, со своей стороны, обеспечить психологический настрой, организацию игры, стиль.

- В богатых клубах обычно находятся футболисты с претензиями и капризами. В "Амкаре" таковых, наверное, не было, а в "Локомотиве" наверняка есть...

- В "Амкаре" я работал, в частности, с таким легионером, как Пеев, у которого есть и имя, и характер. У него много гордости. Но раз человек выбрал командный вид спорта, то должен понимать, что один обыграть всех соперников он не в силах. Как бы футболист ни был силен, его умение не проявится в полной мере, если он не подчинит свои интересы команде. Если же подчинит, она поможет ему раскрыть себя.

- Тем не менее встречаются люди, которые тянут одеяло на себя. Как быть с ними?

- Постараемся найти такое одеяло, которым можно было бы накрыть 25 человек.

- Вы разговаривали с Одемвингие по поводу некрасивой ситуации, приключившейся в Афинах? (Нападающий отказался находиться в резерве, куда его определил и.о. главного тренера Ринат Билялетдинов. - Прим. "СЭ"). Был ли он наказан?

- Я тогда не присутствовал и говорить о каком-либо наказании не имею права. Но я высказал Одемвингие свое мнение: уважающий себя профессиональный футболист не должен реагировать на решение тренера подобным образом. Если он понимал, что был психологически не готов к игре, что ему мешают, допустим, проблемы в клубе или семье, то должен был сказать об этом заранее, за несколько дней до игры, а не ждать установки на матч. Это, во-первых. А во-вторых, если уж так случилось, что тебя не включили в состав, то жди, когда включат, чтобы доказать свое право играть. Потому что играть хотят все. Заметил также, что тренеру нужно было, напротив, помочь в трудной ситуации. Одемвингие в ответ сказал, что осознает свою ошибку "Я вообще, - как он выразился, - по натуре смиренный парень, и не знаю, почему все это произошло". "Пусть этот случай послужит тебе уроком", - сказал ему я.

- Нетрудно предположить, что поведение Одемвингие не понравилось его партнерам. Не заложил ли тем самым форвард бомбу замедленного действия? Тем более что один из футболистов - сын тренера.

- Не нужно нас пугать! Давайте начнем работать. Надо дать понять футболистам, что от них требуется создать в команде деловую обстановку.

- Вам во всех предыдущих командах это удавалось?

- Тьфу-тьфу-тьфу. Пока везде все было нормально. Сделаю все возможное, чтобы подобных ситуаций не было. Если же такое произойдет, то я, как тренер, буду вынужден реагировать. Нельзя ставить личные интересы выше командных. Общая цель достигается всей командой, а радуется этому каждый по отдельности.

- Драки в ваших командах случались?

- Конечно. Можно и подраться. Только потом помиритесь. На тренировках эмоции нужны. Иногда они перехлестывают через край. Кто-то сделал, допустим, грубый подкат сзади. Жестко играть можно, но нельзя идти на соперника с намерением ударить. Здесь пролегает граница, которую тренер должен чувствовать. Когда я видел, что вот-вот вспыхнет конфликт, то отзывал повздоривших в сторону и беседовал с ними. А остальные тем временем совершали пробежку. Потом продолжалась общая работа. Желание победить необходимо. Я сам эмоциональный человек, но понимаю, что надо уметь себя контролировать, что, как тренер, не имею права переходить на оскорбления.

- У вас ведь случались приступы ярости?

- Да. В таких случаях, как мне посоветовал один человек, считаю до пятидесяти. "Пока, - говорит, - будешь считать - забудешь, отчего разозлился". На меня действовало. В самом деле, пока досчитаешь, ситуация становится другой.

- Это был человек из футбола?

- Нет.

- В каком матче в раздевалке дольше всего считали до 50?

- Таких матчей в минувшем сезоне было два. Первый проходил в Самаре. В нем мы на 91-й минуте пропустили мяч и в итоге проиграли 0:1. Причем на протяжении всего основного времени я был очень спокоен. Чувствовал, что мы играем на равных с самарцами, полностью контролируем игру и не даем сопернику хоть что-то сделать на поле. И вдруг - пропускаем гол в простейшей ситуации, которая ничего не предвещала. Тогда я был на пределе. Ничего не хотелось.

Похожей по эмоциям была и последняя игра в Ростове. Мы проиграли 0:2. Я был в ярости, потому что получили два безответных мяча от команды, вылетевшей из премьер-лиги. Но я посмотрел на футболистов, увидел, как они, расстроенные, упали на поле после игры... Когда сам успокоился и начал делать выводы, то понял, что у нас все хорошо. За время моей работы даже психология игроков поменялась. Они теперь недовольны даже ничьей. Им нужна только победа. И статистика это подтвердила: на поле соперника мы сделали 19 ударов по воротам, три раза попали в перекладину, создали выход один в один. Так что это хороший урок для команды.

- У кого из тех, с кем вам доводилось иметь дело, был самый трудный характер?

- Вынужден о себе сказать. Неумение проигрывать часто приводило к тому, что я требовал от партнеров очень многого, начинал играть слишком жестко.

- Бывало, дрались и с поля не хотели уходить...

- Бывало...

- Случалось в вашей практике кого-то штрафовать и применять прочие наказания, потому что футболист не может держать себя в рамках режима?

- Конечно, но говорить об этом не буду. Зачем? И футболист, и те, кто с ним работал, поймут, о ком идет речь.

- Вы с каждым годом становитесь осторожнее в интервью?

- Нет. Я и сейчас не осторожничаю. Вы уже можете зацепиться за сказанное ранее и развить тему так, что интервью будет полностью негативным.

- Почему руководство "Амкара" до последнего отрицало, что вы уходите из клуба?

- Потому что до конца сезона у меня не было договоренностей с другими клубами. Я сразу сказал, что не буду ни с кем разговаривать, пока не доведу команду до финиша чемпионата. Если в середине ноября - декабре ко мне не будет интереса, значит, продолжу работу в Перми. Если будет - посмотрю, от каких клубов он идет.

- Такое ощущение, что вся Москва уже в сентябре знала о вашем приходе в "Локомотив"...

- Еще раз повторяю: в сентябре не было никаких переговоров. Первые произошли 14 ноября, но тогда я не давал согласия на переход в "Локомотив".

Руководству "Амкара" я сразу сказал, что сам слышу все сплетни вокруг моего возможного ухода, потому что читаю газеты. К тому же до меня долетают слова тех, кто работает рядом с клубом. Но для меня все эти разговоры не имеют никакого значения. Пока нет конкретики, не считаю подобные слухи предложениями. Поэтому я успокоил руководство, сказав, что если ко мне приедут обсуждать возможный переход, то в первую очередь эти люди должны позвонить руководству "Амкара" и переговорить с ним. Так все потом и было.

- И Шилов, и Чупраков - люди с характером. У них не затаилась обида на вас?

- Думаю, затаилась. Чтобы ее не было, я специально полетел в Пермь в декабре. Решил еще раз поговорить с руководством, потому что это великолепные люди. К ним я отношусь с большим уважением. Они дали мне возможность спокойно работать в клубе. Всегда во всем помогали. Человеческие качества и Шилова, и Чупракова очень высоко ценю. В декабре я разговаривал с ними в течение двух дней. Это были очень сложные для меня встречи.

- "Локомотив" и "Амкар" в прошлом году финишировали рядом. Нет ощущения, что "Амкар" прыгнул выше головы, а "Локомотив" провалился?

- У меня было недовольство и неудовлетворенность результатом, которого мы достигли с "Амкаром". Анализируя выступления на протяжении всего сезона, я прихожу к выводу, что мы потеряли очень много очков. Хотя и человеческий фактор, о котором я всегда говорю, отрицать, конечно, тоже нельзя. Я всегда его учитываю, так как понимаю, что работаю с людьми и они вправе ошибаться.

- Складывалось впечатление, что "Амкар" - очень организованная команда и ей просто не хватает мастерства для завершения атаки.

- Да, если бы мы реализовывали моменты, все могло быть, наверное, по-другому.

Мне давали статистику, сделанную для команд по итогам сезона. По многим показателям мы находимся наверху, а в реализации голевых моментов оказались на 15-м месте.

- Правда, что вы приняли участие в поисках нового тренера "Амкара"?

- Рекомендовал Божовича не я. Меня просто попросили с ним пообщаться. По просьбе президента клуба я разговаривал не только с ним, но и с другими тренерами. Руководство остановилось на Божовиче. Решило попробовать его в деле. Но в дальнейшем я постараюсь по мере возможностей помогать клубу. Например, договорился со специалистами института, который на сборах будет работать с "Локомотивом", чтобы они провели аналогичные тесты и в "Амкаре". Пермский клуб для меня многое сделал - и частичка моей души осталась там. Теперь я за них очень переживаю.

- Возможна такая ситуация, что футболисты, не подошедшие "Локомотиву", но подходящие "Амкару", отправятся в Пермь?

- Может быть, но я не могу сейчас ответить на этот вопрос. Пока мы ни с кем не расстаемся.

- "Амкар" - одна из двух команд, которые проводят матчи на искусственном покрытии. Как вы к этому относитесь?

- К искусственному покрытию я отношусь не очень хорошо. Но это необходимость. Посмотрите в окно. Как можно играть в такую погоду? Скажете, что сейчас межсезонье. Но в марте и ноябре в Перми такая же погода. Мы играли 18 ноября при минус 14 градусах! При такой температуре ни о какой натуральной траве и говорить не приходится.

- Из-за искусственного покрытия не было повышенного травматизма?

- Нет. Травм было не много. На искусственном поле все-таки идет совсем другая работа мышц, суставов, связок. Появляется дополнительная нагрузка. Но, прежде чем приступить к тренировкам, мы старались подготовить к работе и организм, и все связки суставов футболистов.

- Синтетика тоже бывает разная. Все футболисты говорят, что в Перми она ужасная...

- Не знаю. Я лежал там, ходил.

- Стиль игры "Локомотива", наверное, будет отличаться от амкаровского?

- Давайте подождем со стилем. Он будет определяться на сборах. Когда выберем правильные позиции для всех без исключения футболистов, чтобы максимально использовать возможности каждого.

- О каком из ваших бывших клубов сохранили наиболее теплые воспоминания?

- Пожалуй, обо всех. Много хорошего было в "Памире", где я начинал играть и провел значительную часть карьеры. В "Спартак" попал в начале 90-х, когда многие мечтали там выступать, - и выиграл с ним чемпионат России дважды и Кубок страны. Это тоже дорогого стоит. Много положительных эмоций дал и "Локомотив" - пусть я провел в нем не так много времени. А в "Аустрии", за которую я выступал 6 лет, болельщики и вовсе помнят меня до сих пор, что очень приятно. Даже вручили не так давно карточку "легенда клуба".

- Фанаты другой венской команды - "Рапида" - стекла в вашей машине больше не бьют?

- Стараюсь парковаться так, чтобы они не видели меня, выходящим из нее.

- Во время чемпионата Европы будете в Австрии?

- Не знаю пока. Все будет зависеть от того, по какому плану будет во время перерыва в чемпионате работать "Локомотив". У нас свой "чемпионат Европы".

- Сергей Овчинников сказал, что у "Локомотива" чемпионский состав. Готовы подписаться под этими словами?

- У каждого свое мнение. "Спартак" сейчас тоже, возможно, скажет, что у них чемпионский состав, ЦСКА - тоже. Мы только начинаем подготовку к сезону, а потому пока рано вести такие разговоры. Могу сказать лишь, что у нас в составе есть хорошие футболисты, и мне как тренеру нужно постараться максимально использовать их лучшие качества.

- В чем вы наверняка уверены, так это в том, что в этом году "Локомотив" избежит прошлогодней череды скандалов?

- Очень надеюсь на это. Хотя многое в этом смысле зависит и от меня. Нужно будет в каких-то ситуациях проявить жесткость и принципиальность.

- Вы тренер-диктатор?

- Когда-то Станислав Черчесов произнес по этому поводу мои слова: "Демократический диктатор".

- Что это значит?

- На тренерских курсах в Австрии к нам приезжал главный тренер сборной Швеции Ларс Лагербек, который рассказывал о различных ситуациях с Ибрагимовичем. Как известно, это очень капризный футболист. Он и сказал такую вещь: "В современном футболе должно быть много демократии". После чего поинтересовался нашим мнением. Я ответил: "Демократия? Отлично. Но она закончится ровно тогда, когда команда начнет проигрывать. Потому что виноват в этом будешь ты".

Значит, в определенных ситуациях необходимо проявлять свои диктаторские качества, придерживаться своей линии. Потому что тренер всегда должен быть убежден в том, что он все делает правильно. Но не из упрямства, а на основе грамотного анализа собственных действий и ситуации. Начнешь метаться из стороны в сторону - обязательно потеряешься.

- Значит, вы можете в каких-то случаях туго затянуть гайки? Например, посадить команду на карантин на долгое время.

- Посадить на карантин можно, но что это даст? Наверное, сначала нужно проанализировать собственные действия и попытаться отыскать в них ошибки и что можно исправить.

- Был какой-то сбор в вашей жизни, о котором сейчас вспоминаете с содроганием?

- Нет. Я представлял себе так: я футболист, профессионал, который исполняет свою работу. Так что было три недели сбора, значит - сидел. Четыре - значит, четыре. Раньше команды часто уезжали на четыре-пять недель, возвращались домой на день - и снова на сбор. Это было в порядке вещей.

- Само собой напрашивается сравнение вас с Черчесовым: австрийская тренерская школа, дисциплина во главе угла... И впрямь есть что-то общее?

- Я не присутствовал у Стаса на тренировках, поэтому говорить о его стиле работы не могу. Думаю, у него свой стиль работы, а у меня - свой.

- Сами себя в большей степени кем ощущаете: таджиком, россиянином или австрийцем?

- Не знаю.

- А паспортов у вас сколько?

- (Улыбается.) Возрастных?

- Нет, с различными гербами.

- Один, российский. В Австрии у меня была возможность принять гражданство, но нужно было отказываться от российского паспорта. Так что в Австрии у меня только вид на жительство.

- Вы производите впечатление тренера-максималиста. Значит ли это, что вас в этом сезоне обрадует только первое место?

- Конечно, итоговый результат - очень важная штука. Но меня обрадует, если команда сделает большой шаг вперед, что должно означать не только улучшение результатов, но и задатки на дальнейший рост. Важно закончить сезон с мыслью, что эта команда способна расти дальше.

Источник: Спорт-Экспресс


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев