×
Спасибо, я уже с вами
Артем Яшкин: "Не стоило уходить из "Динамо"

Артем Яшкин: "Не стоило уходить из "Динамо"

23 февраля 2009, понедельник. 11:322009-02-23T11:32:33+02:00

В Украине его приняли восторженно, тут же объявив некоронованным наследником Александра Заварова

В Украине его приняли восторженно, тут же объявив некоронованным наследником Александра Заварова. В первое время повышенное внимание со стороны прессы, болельщиков и футбольных специалистов уроженца российской глубинки Артема Яшкина смущало, а впоследствии, допускаю, даже стало надоедать.

Почти уверен, что в динамовской биографии изобретательного полузащитника были дни, когда свои самые быстрые рывки он делал не от центрального круга к чужой штрафной, а от раздевалки к клубному автобусу. Артем не мечтал стать «вторым Заваровым», он хотел быть Яшкиным. Первым и единственным. И даже не подозревал, что в какой-то степени динамовский период карьеры оказался пиком его карьерной параболы.

В перелопаченных мною десятках интервью Яшкина особо запомнился один момент. Однажды Артема попросили прокомментировать какую-то встречу чемпионата Украины, и он сказал примерно следующее: «Команды играли неплохо, но могли бы действовать гораздо лучше, если бы футболисты избавились от штампов». Сам Яшкин как раз таки и выделялся своей ярко выраженной «нештампованностью», что многие наставники, к сожалению, ассоциировали с недостаточной преданностью игровой дисциплине. Между тем, тонкая натура футбольного романтика остро нуждалась в глотке свободы, тяготея от шаблонов к импровизации.

К слову, автор этих слов никогда не понимал, почему некоторые из тренеров призывают своих подопечных бороться, бороться и еще раз бороться. Более того, девять из десяти игроков именно так и поступают, зачастую забывая о том, что помимо вольной, классической и греко-римской борьбы иногда нужно еще играть в футбол. Яшкин разницу между этими двумя видами спорта, мне кажется, понимает прекрасно. И может быть, именно потому, что до того, как отдать свое сердце «игре миллионов» увлеченно посещал секцию борьбы.

– Борьбой в школьные годы действительно занимался очень серьезно, – подтверждает мой собеседник, с которым мы присели на скамеечке в холле спорткомплекса стадиона ЦСКА. – Более того, лет до 12 даже думал связать с этим видом спорта свое спортивное будущее. Да и сын мой Вадик одно время хотел пойти по ранним стопам отца, но потом передумал и обратил взор в сторону акробатики. Вот теперь вожу его сюда в армейский клуб на секцию.

– Сами-то борцовскими приемчиками в последний раз пользовались давно?

– Еще в прошлой жизни. Лет шестнадцать мне тогда было, драка какая-то завязалась спонтанная. Вот и пришлось вспомнить детство (улыбается).

В ДОМЕ, ГДЕ РЕЗНОЙ ПАЛИСАД

– Пролистав ваше досье, пришел к выводу, что самое знаковое число Артема Яшкина – 75.

– Это почему же?

– Судя по большинству справочников, именно этими цифрами заканчиваются дата вашего рождения, рост и вес.

– Ошибочка вышла. Причем, на каком-то самом раннем этапе. Нет, по поводу даты рождения спорить не буду, а вот антропометрические данные у меня другие. Рост – 169 сантиметров, вес – 69 килограммов. Так что знаменательным числом можете считать не 75, а 69 (улыбается).

– Еще один чисто биографический вопрос: одни источники называют вашим родным городом Рыбинск, а другие – Вологду.

– Правы те, которые другие. В Рыбинск я переехал с родителями в возрасте двух лет. А в родной Вологде был только один раз в жизни – и то на экскурсии. Отец показал мне здание, в котором работал. Прямо около дома, «где резной палисад», если, конечно, вы помните такую композицию «Вологда» – группы «Песняры».

– Ваш отец Александр Яшкин еще работает в ПФЛ Украины?

– Нет, с профессиональной лигой он сотрудничал в те времена, когда я играл в «Динамо». Отвечал за некоторые вопросы, связанные с судейством в первой и второй лигах.

– Большинство из журналистов и болельщиков ассоциируют вашу фамилию, прежде всего, с таким понятием как «травмы»…

– На самом деле, серьезных повреждений в моей карьере было только два: о первом – разрыве передних крестообразных связок – уже успел забыть. А вот второе оказалось куда сложнее. В 2007 году «заработал» открытый осколочный перелом, последствия которого не давали мне покоя долгое время. Совсем недавно вернулся из Латвии, где мне вынимали из ноги железный «штырь». А всего на операционный стол ложился семь раз. Трижды над моими ногами колдовал ведущий хирург страны Ярослав Линько.

– Злые языки поговаривают, что его высокий авторитет – следствие протежирования на самом высоком уровне…

– Категорически не согласен. В моем случае этот специалист продемонстрировав высочайшее профессиональное мастерство. Скажу больше, я ни разу не слышал от своих коллег, что после операций у Линько кто-то жаловался на рецидивы.

– Правда ли, что одну из злополучных травм вы получили сразу же после известия о смерти Валерия Лобановского?

– Нет. Все произошло с точностью до наоборот. Зимой 2002-го я вернулся в «Шинник», в одной из первых весенних встреч за ярославский клуб порвал «кресты» и вылетел на полгода. А вскоре не стало Валерия Васильевича.

ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ ЯКОВЕНКО

– Кто порекомендовал вас Лобановскому?

– Наставник «Уралана» Павел Яковенко обратил внимание своего учителя на моего одноклубника Сергея Кормильцева. И Валерий Васильевич решил просмотреть один из наших межсезонных матчей. Так вместе с Кормильцевым предложение перебраться в Киев получил и я.

– Ваша реакция?

– Не поверил. Потому что из ведущих российских клубов, несмотря на хорошо проведенный мной сезон, Яшкиным никто особо не интересовался. Да и Яковенко предлагал еще годик потерпеть и поиграть в Элисте. Но я решил попробовать. Наверное, понял, что в «Динамо» два раза не зовут.

– О Яковенко говорят, что он может не спать ночами, просматривая записи матчей своей команды и соперников, а своим подопечным предлагает по четыре тренировки в день.

– Павел Александрович – настоящий фанат футбола, который не щадит ни себя, ни игроков, и я лично я его за это не упрекаю. Он – тренер и вправе сам выбирать любые методы и требования. Пусть даже иногда они кажутся чрезмерными.

– Что в таких случаях делают футболисты?

– Злятся, но терпят. Я в такие моменты, например, говорил много плохих слов. Но так чтобы не очень громко (улыбается).

– Артем Милевский вспоминал, что Яковенко в созданной им Академии заставлял молодых игроков «чеканить» теннисным мячиком, стоя на одной ноге!

– Ну и что? Прекрасное упражнение на координацию. Нас Павел Александрович поутру часами обучал технике. Не скрою, иногда было нудно. Но ведь и нужно тоже!.. А вообще-то, кое в чем в аспекте физических нагрузок Яковенко своего учителя Лобановского даже превосходил.

– Украинский полузащитник «КАМАЗа» Владислав Зубков рассказывал, что Валерий Овчинников по прозвищу «Борман» любил проверять состояние своих подопечных после каникул 20-километровым кроссиком!

– Так это «Борман» так делал, а в тех клубах, где играл я, длительные забеги популярностью не пользовались. Иногда просили подвигаться минут пятьдесят в прогулочном темпе, но много так не набегаешь. А вот упражнения, направленные на интенсивность, доставляли куда больше проблем. Например, пятнадцать забегов по 400 метров. В сумме всего лишь шесть километров выходит, но попробуй одолей!

ОСАДА ФОРТ-НОКСА

– По вашим собственным словам, президент «Уралана» Кирсан Илюмжинов, возвел спорт в Элисте в ранг политики. Поговаривают, что глава республики Калмыкия питал к вам особую симпатию…

– Я ему импонировал, как футболист, и он этого не скрывал. По крайней мере, на прием к президенту мы с Яковенко нередко ходили вместе. А однажды Илюмжинов пытался свести меня с… женой.

– Чьей?

– Моей будущей.

– ?!

– На каком-то мероприятии Кирсан Николаевич сел между нами с Аней, и принялся активно нас знакомить. А у нас ведь тогда уже дело к свадьбе шло.

– Как, если не секрет, вы познакомились с супругой?

– Заочно мы были знакомы с самого детства: периодически общались наши родители. Ну а полноценное знакомство произошло в Рыбинске на дискотеке.

– Кто проявил инициативу?

– Я. История вышла практически анекдотичная. Мы с другом решили, что добиваться этой дамы будем вдвоем и поспорили, чьи ухаживания будут более убедительными.

– Победа далась вам тяжело?

– Напротив. Друга неожиданно забрали в армию, и я остался в численном большинстве (смеется). После этого бороться приходилось уже только с Аней.

– И как быстро Форт-Нокс выбросил белый флаг?

– Ожесточенного сопротивления агрессору оказано не было.

ПРЕДЛОЖЕНИЕ ДОНА КОРЛЕОНЕ

– Прозвище «второй Заваров», прилепившееся к вам после перехода в «Динамо» уже приелось?

– Не успело. Потому что со временем попросту испарилось. А поначалу льстило, ведь игра этого полузащитника нравилась миллионам болельщиков.

– С самим Александром Анатольевичем пообщаться смогли?

– Толком не получилось. Ваш коллега Максим Максимов однажды пытался познакомить нас, но обстоятельства сыграли против. Заваров куда-то спешил…

– Действительно ли в семье Яшкиных существовал культ киевского «Динамо»?

– Мой отец болел за эту команду, предпочитая ее другим клубам из первенства СССР. Правда, легендарный финал Кубка Кубков, в котором динамовцы разгромили «Атлетико» мне удалось посмотреть не в мае 1986-го, а много позже – в записи.

– Ваш уход из «Динамо» в 2001-м получился каким-то скоропостижным…

– Все началось с того, что я заболел ангиной, а, вылечившись, отправился с командой на сборы в Ялту. Ну а там умудрился подхватить бронхит!

– Летом, в Крыму?!

– Именно. Решил искупаться, а течение там холодное – вода была градусов тринадцать. Вот я и слег. Лечился долго и нудно, а во время тренировок начинал кашлять буквально на бегу. Доктора меня пытались поставить на ноги, а вот тренерский штаб решил, что я симулянт. Услышав об этом, психанул и попросился на выход. С вещами.

– Как я слышал, руководивший тогда киевлянами Алексей Михайличенко обронил по отношению к вам такую фразу: «Ты только идешь в одну сторону, а я уже оттуда возвращаюсь…».

– Да. Мысль, конечно, философская. Как я понял, наставник давал мне понять, что умнее меня настолько, что до его вершин мне никогда не подняться.

– Правда ли, что президент Украины Леонид Кучма любил заходить в раздевалку «Динамо» после важных матчей?

– Я его видел там лишь однажды: после какой-то победной игры в Лиге чемпионов. Зашел, поздравил нас, «молодцами» назвал. А остального я, наверное, не понял. С украинским тогда было совсем худо.

– Что, однако, не помешало вам сменить гражданство и провести почти с десяток матчей за сине-желтую национальную дружину…

– Валерий Васильевич попросил. Я бы даже вспомнил цитату дона Корлеоне из «Крестного отца» и сказал, что он сделал предложение, от которого нельзя было отказаться. А я собрал семейный совет и решил дать добро. В конце концов, для парня из российской глубинки это была честь. Да и Киев, как ни крути, не Рыбинск, при всей моей к нему любви.

Что же касается матчей за сборную, то, не поверите, но я практически ни одного не запомнил. Ну, разве что кроме первого, кода в отборочном цикле ЧМ-2002 мы уступили дома полякам – 1:3. Но эта игра из тех, что хочется побыстрее забыть. Только как?

ВО ВЬЕТНАМ – НИ НОГОЙ!

– Какими ветрами в 2004 году вас занесло в экзотический Вьетнам?

– Да уж не попутными. Вообще-то, я должен был ехать в Шанхай, но контракт с местным клубом сорвался в самый последний момент. В Китае довольно жесткий лимит легионеров, и больше трех варягов в составе одной команды на поле не выходит. Так вот в шанхайском коллективе внезапно «сломался» основной либеро, и ему на смену приобрели какого-то иностранца. Я же, получается, оказалось не у дел, а период дозаявок к тому моменту уже истек. Тогда мне предложили съездить на пару месяцев во Вьетнам – поиграть за местную «Дельту».

– Как сказал отдыхавший там недавно зимой Максим Калиниченко: «Только не спрашивайте, пришлось ли мне воевать!».

– Мне не пришлось. Хотя ехал с опаской, а в первые дни пребывания в этой стране задавал себе один и тот же вопрос: «Артем, что ты тут делаешь, и зачем оно тебе нужно?».

– А что конкретно беспокоило?

– Во-первых, невыносимая жара. Во-вторых, некоторые бытовые нюансы. Практически на все матчи мы добирались самолетом. А аэропорт располагался в двухстах километрах от города, где базировалась наша команда.

– Но ведь это два с половиной часа езды!

– У нас, но не во Вьетнаме, где народным транспортом считаются… мопеды. Вот и получается, что наш автобус двигался со скоростью 40-50 километров в час, сопровождая вереницу мопедистов. Уходило на это, как правило, по полдня.

– Уезжали без горечи?

– Да. Помню, подошли ко мне пару пацанов просить автограф на прощание. Так я одному прямо на майке написал: «Во Вьетнам – ни ногой!» На русском языке, разумеется. Хотя сейчас, например, хорошенько бы подумал. Видите, что с нами делает время!

ПОЛИТИКА КНУТА И «КРЕНДЕЛЯ»

– Долгое время своим единственным агентом вы называли собственного отца, но потом завязались с московской организацией «Совинтерспорт», занимавшейся в свое время трансферами Заварова, Михайличенко, Черенкова, Родионова…

– … но больше всего – делами игроков, отправлявшихся не на Запад, а на Восток. Мои – вел двойной тезка популярного артиста Александр Калягин. И, знаете, ни разу меня не подвел.

– Еще один сотрудник «Совинтерспорта» Владимир Абрамов даже издал книгу «Футбол, деньги, еще раз деньги», в которой забавно описал все приключения игроков стран СНГ в Корее и Китае…

– Читал и некоторые ситуации узнавал с полуслова. Например, любовь азиатских тренеров к рукоприкладству. Помнится, со мной в Корее случилась такая история. Нужно было уехать на несколько дней в Киев, чтобы сдать государственный экзамен в столичном институте физкультуры. А за день до отъезда мы как раз проводили очередную официальную встречу. Надо же, один из ведущих исполнителей команды умудрился прилично напортачить и в перерыве получал «кренделей» от главного тренера, который лупил его руками при всей команде. Поймав мой скептический взгляд, наставник внезапно повернулся к русскому переводчику и на полном серьезе сказал: «Пусть не боится и возвращается! Ему такое не грозит, это наши – чисто восточные разборки». И вправду, на легионеров в Корее руку не поднимали.

– А как реагировали на происходящее местные игроки?

– Философски. Для них слово тренера – железный закон. Азиаты, вообще, идеальные атлеты. Они прекрасно подготовлены функционально и технически, а к тому же очень дисциплинированы. Так что «политику кнута» воспринимают с пониманием. И это притом, что у нас в команде главный тренер успел обзавестись европейским менталитетом: на домашнем чемпионате мира 2002 года он помогал наставнику корейской сборной Гусу Хиддинку.

– Азиатская кухня вам оскомину не набила?

– В первое время мы с супругой по этому поводу немножко осторожничали. А потом, наоборот, вошли во вкус. По одному из корейских блюд скучаем до сих пор. Называется оно, кажется, "кактуги" и представляет собой то ли редьку маринованную, то ли репу. Такая оригинальная остренькая штука, наподобие японского имбиря. В общем, сейчас я бы отведал ее с удовольствием.

ЦЕПНЫЕ СОБАКИ И ФАЗЫ ЛУНЫ

– Свой переход в команду киевских «канониров» вы метко назвали «выстрелом по воробьям»…

– Так оно и было. Надежд было много, а получился пшик, хотя поначалу я очень хотел играть в футбол Вячеслава Грозного, полагая, что он подходит мне почти идеально. Но потом мнение изменилось. И по сути дела, в «Арсенале» я не играл, а просто тренировался. Кто виноват? Не только наставник, но и я сам. Уж слишком злой на язык бываю.

– Да? А так, на первый взгляд, и не скажешь…

– А вы поспрашивайте. За словом в карман обычно не лезу и правду-матку режу прямо в лицо. Видимо, и с Вячеславом Викторовичем нечто подобное получилось.

– И, тем не менее, футбол Грозного априори подходил вам больше, чем футбол наставника «Черноморца» Семена Альтмана, где вы так толком и не заиграли. Хотя поначалу восхищались тем, как этот специалист раскладывает все по полочкам и даже говорили, что он больше похож не на тренера, а на учителя…

– По полочкам Семен Иосифович раскладывает все с помощью компьютера, где учтены абсолютно все мельчайшие детали. Вплоть до фаз Луны…

– ?!

– Нет, я почти не шучу. Мелочей для Альтмана не существует, и астрология в его системном подходе играет далеко не последнюю роль. А вот игровая концепция с моими лучшими качествами как-то не сочеталась. Я привык к тому, что центральный полузащитник должен делать ставку на пас, быть заводилой в комбинационной игре, что-то там придумывать. Но в «Черноморце» на том этапе игроки середины поля должны были исполнять функции двух «цепных собак», тогда как плеймейкеры были смещены на фланги. Слева за созидание отвечал Андрей Кирлик, а справа – Валентин Полтавец. Моя карта в этом пасьянсе оказалась лишней.

ОГОНЬКА УЖЕ НЕ НАЙДЕТСЯ

– Голов в своей карьере на данный момент вы забили, быть может, не так много, но процент эффектных из них просто поразителен. Какой считаете самым красивым?

– В 98-м играли в Элисте с «Ротором» и при ничейно счете получили право на штрафной удар метров с двадцати пяти-тридцати. Ну, я и попал в самую «паутину». Шла 93-я минута. Гол оказался победным.

– А я почему-то был уверен, что вы назовете мяч, забитый за «Динамо» в ворота «Кривбасса»…

– Я в той встрече хет-трик сделал, но утверждать, что это была моя однозначно лучшая игра в карьере, не берусь. Один из мячей, правда, действительно запомнится навсегда. «Ножницами» забил, в падении через себя. Ни до, ни после этого со мной такого не случалось.

– Зато со штрафных забивали регулярно. Это что у вас врожденное?

– Нет, конечно. Отец в детстве вырезал деревянный каркас в виде человечков в натуральный человеческий рост и подарил мне эту искусственную «стенку» для отработки стандартов. Практически после каждой тренировки оставался пробивать штрафные.

– Когда вы приехали в Киев, специалисты поговаривали, что Яшкин в «Динамо» не заиграет, потому что якобы привык действовать на «чистых мячах»…

– Школа Лобановского все эти недостатки из любого игрока выбивала напрочь. После каждой игры в команде вывешивали распечатки тактико-технических действий, которые давали исчерпывающую оценку действиям каждого футболиста. С объемом проделанной работы и процентом брака у меня все было нормально. А вот количество отборов, перехватов и выигранных на втором этаже единоборств оптимизма не внушали. Со временем, правда, в большинстве из этих компонентов я вырос. По сути, во всех кроме игры головой. Наверное, потому что не вырос я сам. Как был метр шестьдесят девять, так и остался (улыбается).

– А с лишним весом, за который в «Динамо» наказывали нещадно, проблем не было?

– Почему же не было – были. Как за семьдесят килограммов переваливал, так сразу же и появлялись.

– Штрафовали вас тоже за это?

– Нет. Штрафовали за, как бы это сказать, неспортивное поведение.

– Нарушение режима?

– Попалили пару раз. С огоньком в руках.

– Да, но большинство ваших коллег по динамовскому цеху утверждают, что большим откровением по цеху курение игроков для наставников не являлось…

– Курить – это не самое страшное. Гораздо хуже, если попался. Негласное правило гласило: покурил – прячься, и чтобы не пахло. Получалось, видимо, не всегда. Тем более, по молодости многих вещей еще не понимаешь. Это потом я уразумел, что здоровье свое лучше не гробить. И постепенно снизил обороты. Практически до нуля.

ТАЙНА ЯПОНСКИХ ИЕРОГЛИФОВ

– В «Уралане» вы играли с будущим чемпионом Англии Алексеем Смертиным, а в «Динамо» – с еще одним экс-игроком «Шинника», ныне «бельгийцем» Сергеем Серебренниковым. Отношения с экс-товарищами по клубам поддерживаете?

– Увы, нет. Пораскидало нас по свету. Как ребята за рубеж уехали, так мы и потерялись.

– Кто ваш лучший футбольный друг?

– С Юрой Грицыной общаемся тесно. Он ведь в прошлом сезоне даже бегал еще в Черкассах и каши там, мягко говоря, не портил. Даст Бог, еще «попылит».

– В последние два сезона вы выступали в Латвии, и местные журналисты заметили, что Яшкин очень изменился. Укоротил шикарную некогда шевелюру, завел броскую татуировку на руке…

– Так это уже вторая. Изобразил имена своих детей – Вадима и Алины, а также жены – Анны. Поместились аккурат между запястьем и внутренней стороной локтя.

– А первая татуировка?

– Первая у меня на плече. Два японских иероглифа. Но переводить не буду. Это лично для меня.

– Что за уникальная история вышла с вами, когда вы едва не отправились на немецкий мундиаль?

– В конце декабря 2005 года меня пригласили на Рождественский турнир по настольному хоккею. И организатор – поэт и бизнесмен Евгений Юхница – решил сделать гостю соревнований оригинальный и недешевый презент: путевку в Германию на три первых матча сборной Украины. В первую секунду, честно говоря, подумал, что это розыгрыш, но все было совершенно серьезно. Единственное «но»: в июне 2006-го я решал вопросы с «Черноморцем», и, естественно, никуда не поехал. Команду «моряков» в Германии представлял один из ассистентов главного тренера сборной – Семен Альтман.

– Когда вы почувствовали себя обеспеченным человеком?

– Думаю, что этот момент еще не настал.

– А не лукавите ли? Некоторые игроки «Динамо» говорят, что за время, проведенное в Киеве, успели заработать миллион.

– Да, но я-то в «Динамо» надолго не задержался. И периода высоких зарплат не застал. Так что назвать себя финансово благополучным, при всем желании не могу. Если вдруг останусь без работы, придется здорово покрутиться.

– А как же ваш диплом столичного инфиза?

– Намекаете на тренерскую деятельность? О получении профессиональной лицензии наставника подумаю после того, как повешу бутсы на гвоздь. А до этого, хочется верить, еще далеко.

– Жизненный век, которого вы достигли, называют не иначе как «возрастом Христа». При этом один из ваших коллег на мой вопрос, что означает это загадочное определение, ответил туманно: «Доживешь – поймешь». Вы уже поняли?

– Кое-что, конечно, осознал. В частности, допущенные мною ошибки. В некоторых ситуациях так, как раньше, уже бы не поступил.

– Например?

– Не стоило уходить из «Динамо». Пусть ситуация складывалась неоднозначная, нужно было ее перетерпеть. Пережить все травмы и болячки, стиснуть зубы и продолжать пахать на тренировках. Мне же показалось, что смена клуба была неизбежна. Но впоследствии стало только хуже. И еще раньше я почему-то думал, что смогу прожить без футбола. Сейчас понимаю, что ошибался. И хочу играть, пока колени не сотрутся. Если, конечно, еще кому-то нужен старый, маленький плеймейкер (смеется).

P.S. Последние два сезона Артем Яшкин провел в Латвии, где защищал цвета клубов из Даугавпилса.

← Нажми «Нравится» и читай нас в Фейсбуке

Источник: Михаил Спиваковский "СЭ" в Украине", "Прессинг"


Подождите, пожалуйста, идет загрузка комментариев